— Теперь не так все строго, разрешают свидания.
И все тянется очень долго.
Я, если смогу, постараюсь связаться с Хастингзом.
Он лучше всех.
Хастингз или Виркет.
Хастингз знал еще моего отца.
— Да, — сказала я.
— Мне придется сказать ему правду.
Иначе ему будет трудно.
Не будет знать, что к чему.
— Да, — сказала я.
Отворилась дверь, и в комнату вошел Фрис.
Я отстранилась от Максима, выпрямилась и принялась приглаживать волосы.
— Вы будете переодеваться, мадам, или подавать обед прямо сейчас?
— Нет, Фрис, мы не будем переодеваться сегодня. Подавайте, — сказала я.
— Очень хорошо, мадам.
Он оставил дверь открытой.
Вошел Роберт и принялся задергивать шторы.
Разложил по местам диванные подушки, пододвинул на место диван, собрал в стопки газеты и книги на столе.
Вынес бокалы из-под виски с содовой и набитые окурками пепельницы.
Это был обычный вечерний ритуал, я видела, как он это делает с первого дня жизни в Мэндерли, но сегодня все его движения приобрели особый смысл, точно воспоминание о них останется со мной навсегда и когда-нибудь я скажу:
«Я много лет храню в памяти этот момент».
А потом появился Фрис и объявил, что кушать подано.
Я помню этот вечер во всех подробностях.
Помню баранью ногу. Я помню сласти и фрукты, поданные потом.
В канделябрах были новые свечи, белые, стройные, они казались очень высокими.
Занавеси здесь тоже задернули, чтобы отгородиться от серого вечернего света.
Как странно было сидеть в столовой и не видеть зеленого газона лужаек!
Казалось, что уже наступает осень.
Мы успели перейти в библиотеку и пили кофе, когда зазвонил телефон.
На этот раз трубку сняла я.
Послышался голос Беатрис.
— Это вы? — сказала она.
— Я пытаюсь вам дозвониться весь вечер.
Дважды было занято.
— Мне очень жаль, — сказала я, — мне очень жаль.
— Мы получили два часа назад вечерние газеты, — сказала она, — и нас с Джайлсом страшно поразил вердикт.
Что говорит Максим?
— Я думаю, вердикт нас всех поразил, — сказала я.
— Но, милочка, это абсолютная нелепость!
С чего Ребекке вдруг кончать самоубийством?
Это совершенно на нее не похоже.
Видимо, при дознании что-то напутали.
— Не знаю.
— А что говорит Максим?
Где он?
— У нас тут были люди, — сказала я.
— Полковник Джулиан и другие.
Максим очень устал.
Мы едем завтра утром в Лондон.