Интересно, почему?
— Так решил Максим, — сказала я. — Ему, по-видимому, больше здесь нравится.
Она ничего не ответила, она продолжала свистеть, глядя на окна дома.
— Как вы — поладили с миссис Дэнверс? — внезапно спросила она.
Я наклонилась и принялась похлопывать Джеспера по голове и гладить ему уши.
— Я не так уж часто с ней встречаюсь, — сказала я. — Она меня немного пугает.
Я никогда не видела таких людей.
— Да, думаю, что никогда, — сказала Беатрис.
Джеспер поднял на меня глаза, большие, покорные, даже застенчивые; я погладила его шелковую макушку и положила ладонь на черный нос.
— Вам нечего ее бояться, — сказала Беатрис, — и главное, чтобы она не заметила этого.
Конечно, мне почти не приходилось иметь с ней дело, да и желание такое вряд ли возникнет.
Однако она всегда очень вежлива со мной.
Я продолжала гладить Джеспера по голове.
— Она дружелюбно держится с вами? — спросила Беатрис.
— Нет, не очень.
Беатрис снова принялась свистеть и чесать голову Джеспера носком туфли.
— Я бы на вашем месте постаралась как можно меньше обращаться к ней, — сказала Беатрис.
— Да, — сказала я, — она прекрасно ведет хозяйство, мне нет необходимости вмешиваться.
— О, я не думаю, чтобы она против этого возражала, — сказала Беатрис.
Это же самое сказал накануне вечером Максим, и я подумала, как странно, что тут мнения сестры и брата сошлись.
Я считала, что вмешательство в ее дела меньше всего должно быть по вкусу миссис Дэнверс.
— Я полагаю, со временем она смирится, — сказала Беатрис, — но поначалу вам придется трудно.
Это понятно, она дико ревнует.
Я боялась, что так оно и будет.
— Почему? — спросила я, глядя на нее. — К кому она ревнует?
Мне не показалось, что Максим так уж обожает ее.
— Милое дитя, при чем тут Максим? — сказала Беатрис.
— Я полагаю, она уважает его и все такое, но и только… Нет, понимаете… — она остановилась, слегка нахмурясь, неуверенно взглянула на меня, — ей невыносимо то, что вы вообще здесь появились, вот в чем беда.
— Почему? — спросила я. — Почему ей это должно быть невыносимо?
— Я думала, вы знаете, — пробормотала Беатрис.
— Максиму следовало бы сказать вам об этом.
Она просто боготворила Ребекку.
— О! — воскликнула я.
— Вот оно что!
Мы продолжали обе похлопывать и гладить Джеспера, и непривычный к таким знакам внимания пес, подставляя нам живот, в экстазе перекатился на спину.
— А вот и мужчины, — сказала Беатрис, — давайте вынесем кресла и посидим под каштаном.
Как растолстел Джайлс, на него просто противно глядеть рядом с Максимом.
Я думаю, Фрэнк вернется в контору.
Ну и скучный он человек, никогда не скажет ничего интересного.
Что это вы там обсуждали?
Верно, от всего нашего мира камня на камне не осталось.
Она рассмеялась, мужчины не спеша подошли к нам.
Джайлс швырнул ветку, чтобы Джеспер принес ее обратно.
Мы все глядели на пса.
Мистер Кроли взглянул на часы.
— Мне пора двигаться, — сказал он. — Большое спасибо за ленч, миссис де Уинтер.
— Приходите почаще, — сказала я, пожимая ему руку.
Интересно, уедут ли Беатрис с мужем?
Я не знала, приехали ли они только на ленч или собираются провести у нас день.
Я надеялась, что они уедут.