Ну, вероятно, это сделал кто-то другой.
Одна из горничных.
— Нет, сэр.
Миссис Дэнверс зашла в кабинет до того, как там убирали.
Последними там были — мадам вчера и Роберт — сегодня утром.
Все это крайне неприятно для Роберта и меня, сэр.
— Еще бы.
Попросите миссис Дэнверс зайти сюда, и мы попытаемся докопаться до правды.
Кстати, какая это безделушка?
— Фарфоровый купидон, сэр, который стоял на бюро.
— Да?
О господи!
Это ведь одно из наших сокровищ, если не ошибаюсь?
Надо непременно его найти.
Сейчас же позовите ко мне миссис Дэнверс.
— Хорошо, сэр.
Фрис вышел из комнаты, и мы снова остались одни.
— Проклятье! — сказал Максим. — Страшно неприятно. Этот купидон стоит кучу денег.
И я так ненавижу улаживать ссоры между прислугой.
Почему только они идут со всем этим ко мне?
Это ведь твое дело, детка.
Я подняла голову, перестав гладить Джеспера. Мое лицо горело огнем.
— Милый, — проговорила я.
— Я хотела сказать тебе раньше, но… но… я забыла.
Это я разбила купидона, когда была вчера в кабинете.
— Ты?
Почему же, черт побери, ты не обмолвилась об этом и словом, когда Фрис был здесь?
— Не знаю.
Мне не хотелось.
Я боялась, что он сочтет меня дурой.
— Ну, теперь он тем более будет так считать.
Придется тебе объяснить все ему и миссис Дэнверс.
— О нет, Максим, пожалуйста, скажи им сам.
Позволь мне пойти к себе.
— Ты и впрямь ведешь себя как дурочка.
Можно подумать, что ты их боишься.
— А я и боюсь их.
Ну, не то что боюсь, но… Дверь отворилась, и Фрис пропустил вперед миссис Дэнверс.
Я тревожно взглянула на Максима.
Он пожал плечами — мое поведение и забавляло, и сердило его.
— Произошло недоразумение, миссис Дэнверс.
Оказывается, купидона разбила сама миссис де Уинтер и забыла сказать об этом, — произнес Максим.
Все глаза устремились ко мне.
Я чувствовала себя как в детстве.
На моих щеках все еще полыхал предательский румянец.
— Мне так жаль, — сказала я, глядя на миссис Дэнверс.
— Я никак не думала, что у Роберта будут из-за меня неприятности.
— Как вы полагаете, мадам, возможно починить эту статуэтку? — спросила миссис Дэнверс.
Темные глаза на белом, похожем на череп лице были прикованы ко мне.
Казалось, ее вовсе не удивляет, что виновной оказалась я.