Я стояла в нерешительности на краю лужайки.
Без всякой причины, быть может, потому, что по траве скользнул солнечный луч, я подняла глаза на дом и с удивлением заметила, что ставни одного из окон западного крыла были распахнуты.
У окна кто-то стоял.
Мужчина.
Но тут он, должно быть, меня увидел, потому что резко отпрянул назад, а кто-то, стоявший за ним, поднял руку и закрыл ставни.
Это была рука миссис Дэнверс.
Я узнала черный рукав.
Сперва я подумала, что был один из открытых дней, когда в Мэндерли пускают посетителей.
Хотя нет, этого не могло быть, их по дому всегда водит Фрис, а его сегодня нет.
К тому же комнаты в западном крыле не показывают посторонним.
Я и сама еще их не видела.
Да какой же сегодня открытый день?!
В среду дом закрыт для посетителей.
Может быть, это связано с ремонтом одной из комнат?
А все же очень странно, что этот человек поспешил спрятаться, стоило ему меня увидеть, и они тут же захлопнули ставни.
И эта машина, поставленная за рододендронами, чтобы ее не заметили из дома.
Однако это не моя забота.
Меня это не касается.
Если миссис Дэнверс хочет принимать своих друзей в западном крыле, это, в сущности, не мое дело.
Хотя раньше ничего подобного не случалось.
Странно, что все это произошло как раз тогда, когда Максим уехал.
Я неловко зашагала по лужайке к дому, уверенная, что они следят за мной в прорезь ставни.
Я поднялась по ступенькам и через парадные двери вошла в холл.
Ни шляпы, ни трости, поднос для визитных карточек пуст.
По-видимому, это был частный гость.
Что ж, не мое дело.
Я зашла в цветочную и помыла руки, чтобы не подниматься наверх.
Будет очень неудобно столкнуться с ними нос к носу на лестнице или где-нибудь.
Я вспомнила, что перед ленчем оставила вязанье в кабинете, и пошла туда за ним через парадную гостиную. Верный Джеспер — следом за мной.
Дверь в кабинет почему-то была распахнута.
И я заметила, что моя корзинка с вязаньем лежит на другом месте.
Я оставила ее на диване, а ее сунули за подушку.
А там, где раньше стояла корзинка, была вмятина на обивке — совсем недавно здесь кто-то сидел, он-то и переставил корзинку, чтобы она не мешала.
Стул у бюро также был передвинут.
Похоже, что миссис Дэнверс принимает гостей в моем кабинете, когда нас с Максимом нет рядом.
Мне стало не по себе.
Я бы предпочла не знать об этом.
Джеспер, виляя хвостом, обнюхал диван.
Ему, во всяком случае, неведомый гость не внушал подозрений.
Я взяла корзинку с вязаньем и вышла.
В тот самый момент дверь гостиной, выходившая в выложенный плитами коридор и задние помещения, распахнулась, послышались голоса.
Я кинулась обратно в кабинет.
Еще секунда — и было бы поздно.
Я притаилась за дверью, грозно хмурясь на Джеспера: застыв на пороге, он глядел на меня, вывалив язык и виляя хвостом.
Негодник меня выдаст.
Я стояла неподвижно, затаив дыхание.
Затем я услышала голос миссис Дэнверс.
— Она, верно, в библиотеке.
Пришла домой почему-то раньше, чем обычно.
Если она там, ты сможешь выйти через холл. Она тебя не увидит.