О, лукавый народ!
А так, мошенники, я думаю, там уж просьбы из-под полы и готовят. Пусть каждый возьмет в руки по улице... черт возьми, по улице — по метле! и вымели бы всю улицу, что идет к трактиру, и вымели бы чисто... Слышишь!
Да смотри: ты! ты! я знаю тебя: ты там кумаешься да крадешь в ботфорты серебряные ложечки, — смотри, у меня ухо востро!..
Что ты сделал с купцом Черняевым — а?
Он тебе на мундир дал два аршина сукна, а ты стянул всю штуку.
Смотри! не по чину берешь!
Ступай!
Явление V
Те же и частный пристав.
Городничий.
А, Степан Ильич! Скажите, ради Бога: куда вы запропастились?
На что это похоже?
Частный пристав.
Я был тут сейчас за воротами.
Городничий.
Ну, слушайте же, Степан Ильич!
Чиновник-то из Петербурга приехал.
Как вы там распорядились?
Частный пристав.
Да так, как вы приказывали.
Квартального Пуговицына я послал с десятскими подчищать тротуар.
Городничий.
А Держиморда где?
Частный пристав.
Держиморда поехал на пожарной трубе.
Городничий.
А Прохоров пьян?
Частный пристав.
Пьян.
Городничий.
Как же вы это так допустили?
Частный пристав.
Да Бог его знает.
Вчерашнего дня случилась за городом драка, — поехал туда для порядка, а возвратился пьян.
Городничий.
Послушайте ж, вы сделайте вот что: квартальный Пуговицын... он высокого роста, так пусть стоит для благоустройства на мосту.
Да разметать наскоро старый забор, что возле сапожника, и поставить соломенную веху, чтоб было похоже на планировку.
Оно чем больше ломки, тем больше означает деятельности градоправителя. Ах, Боже мой! я и позабыл, что возле того забора навалено на сорок телег всякого сору.
Что это за скверный город! только где-нибудь поставь какой-нибудь памятник или просто забор — черт их знает откудова и нанесут всякой дряни! (Вздыхает.) Да если приезжий чиновник будет спрашивать службу: довольны ли? — чтобы говорили:
«Всем довольны, ваше благородие»; а который будет недоволен, то ему после дам такого неудовольствия... О, ох, хо, хо, х! грешен, во многом грешен. (Берет вместо шляпы футляр.) Дай только, Боже, чтобы сошло с рук поскорее, а там-то я поставлю уж такую свечу, какой еще никто не ставил: на каждую бестию купца наложу доставить по три пуда воску.
О Боже мой, Боже мой!
Едем, Петр Иванович! (Вместо шляпы хочет надеть бумажный футляр.)
Частный пристав.
Антон Антонович, это коробка, а не шляпа.
Городничий (бросая коробку).
Коробка так коробка. Черт с ней! Да если спросят, отчего не выстроена церковь при богоугодном заведении, на которую назад тому пять лет была ассигнована сумма, то не позабыть сказать, что начала строиться, но сгорела.
Я об этом и рапорт представлял.
А то, пожалуй, кто-нибудь, позабывшись, сдуру скажет, что она и не начиналась.
Да сказать Держиморде, чтобы не слишком давал воли кулакам своим; он, для порядка, всем ставит фонари под глазами — и правому и виноватому. Едем, едем, Петр Иванович! (Уходит и возвращается.) Да не выпускать солдат на улицу безо всего: эта дрянная гарниза наденет только сверх рубашки мундир, а внизу ничего нет.
Все уходят.