Ах, какой мошенник!
Да за это просто в Сибирь.
Купцы.
Да уж куда милость твоя ни запровадит его, все будет хорошо, лишь бы, то есть, от нас подальше.
Не побрезгай, отец наш, хлебом и солью: кланяемся тебе сахарцом и кузовком вина.
Хлестаков.
Нет, вы этого не думайте: я не беру совсем никаких взяток.
Вот если бы вы, например, предложили мне взаймы рублей триста — ну, тогда совсем дело другое: взаймы я могу взять.
Купцы.
Изволь, отец наш! (Вынимают деньги.) Да что триста!
Уж лучше пятьсот возьми, помоги только.
Хлестаков.
Извольте: взаймы — я ни слова, я возьму.
Купцы (подносят ему на серебряном подносе деньги).
Уж, пожалуйста, и подносик вместе возьмите.
Хлестаков.
Ну, и подносик можно.
Купцы (кланяясь).
Так уж возьмите за одним разом и сахарцу.
Хлестаков.
О нет, я взяток никаких...
Осип.
Ваше высокоблагородие! зачем вы не берете?
Возьмите! в дороге все пригодится.
Давай сюда головы и кулек!
Подавай все! все пойдет впрок.
Что там? веревочка?
Давай и веревочку, — и веревочка в дороге пригодится: тележка обломается или что другое, подвязать можно.
Купцы.
Так уж сделайте такую милость, ваше сиятельство.
Если уже вы, то есть, не поможете в нашей просьбе, то уж не знаем, как и быть: просто хоть в петлю полезай.
Хлестаков.
Непременно, непременно!
Я постараюсь.
Купцы уходят.
Слышен голос женщины:
«Нет, ты не смеешь не допустить меня!
Я на тебя нажалуюсь ему самому.
Ты не толкайся так больно!»
Кто там? (Подходит к окну.) А, что ты, матушка?
Голоса двух женщин.
Милости твоей, отец, прошу!
Повели, государь, выслушать!
Хлестаков (в окно).
Пропустить ее.
Явление XI
Хлестаков, слесарша и унтер-офицерша.
Слесарша (кланяясь в ноги).
Милости прошу...
Унтер-офицерша.