Голос Хлестакова.
Да, я привык уж так.
У меня голова болит от рессор.
Голос ямщика.
Тпр...
Голос городничего.
Так, по крайней мере, чем-нибудь застлать, хотя бы ковриком.
Не прикажете ли, я велю подать коврик?
Голос Хлестакова.
Нет, зачем? это пустое; а впрочем, пожалуй, пусть дают коврик.
Голос городничего.
Эй, Авдотья! ступай в кладовую, вынь ковер самый лучший — что по голубому полю, персидский.
Скорей!
Голос ямщика.
Тпр...
Голос городничего.
Когда же прикажете ожидать вас?
Голос Хлестакова.
Завтра или послезавтра.
Голос Осипа.
А, это ковер? давай его сюда, клади вот так!
Теперь давай-ка с этой стороны сена.
Голос ямщика.
Тпр...
Голос Осипа.
Вот с этой стороны! сюда! еще! хорошо.
Славно будет. (Бьет рукою по ковру.) Теперь садитесь, ваше благородие!
Голос Хлестакова.
Прощайте, Антон Антонович!
Голос городничего.
Прощайте, ваше превосходительство!
Женские голоса. Прощайте, Иван Александрович!
Голос Хлестакова.
Прощайте, маменька!
Голос ямщика.
Эй вы, залетные!
Колокольчик звенит. Занавес опускается.
ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ
Та же комната.
Явление I
Городничий, Анна Андреевна и Марья Антоновна.
Городничий.
Что, Анна Андреевна? а?
Думала ли ты что-нибудь об этом?
Экой богатый приз, канальство!
Ну, признайся откровенно: тебе и во сне не виделось — просто из какой-нибудь городничихи и вдруг... фу ты, канальство!.. с каким дьяволом породнилась!
Анна Андреевна.
Совсем нет; я давно это знала.
Это тебе в диковинку, потому что ты простой человек, никогда не видел порядочных людей.
Городничий.