Все помолчали.
Видно было, с каким трудом Лидия пытается справиться с волнением, но когда она заговорила, голос ее дрогнул.
— Вы его видели?
— Да.
Я с ним разговаривал.
Вместе в больнице лежали.
Я лег, чтоб мне вырезали аппендикс, думал, вернусь во Францию, и не ровен час придется вырезать, на что это мне.
А Берже работал на строительстве дороги из Сен-Лорана в Кайенну, и его приступ малярии свалил.
— Я этого не знала.
Получила от него одно письмо, но про это ни слова.
— Там у всех малярия, рано или поздно не минуешь.
Чего тут расписывать.
Ему повезло, что его так скоро схватило.
Он приглянулся военному доктору, Берже-то он грамотный, а такие там наперечет.
Они там будут хлопотать, чтоб он, когда оклемается, остался при больнице.
Теперь ему будет неплохо.
— Марсель мне сказал, вы мне что-то от него передадите.
— Да, он дал мне адресок.
— Коротышка вынул из кармана пачку бумаг и протянул Лидии листок, на котором было что-то написано.
— Если сможете послать денег, шлите по этому адресу.
Но помните, он-то получит только половину.
Лидия взяла клочок бумаги, посмотрела на него и спрятала в сумочку.
— Что-нибудь еще?
— Да.
Сказал, пускай, мол, не убивается.
Сказал, ему не так уж плохо, могло быть и похуже, он освоился и вполне справится.
И знаете, это верно.
Берже не дурак.
Много ошибок не наделает.
Он такой, не ударит в грязь лицом.
Вот увидите, будет жить не тужить.
— Как это не тужить?
— А вот даже не поверишь, к чему только человек не привыкает.
Ваш-то малость шутник, верно?
Бывало, такое сказанет, мы покатываемся.
Он в чем хочешь смешное увидит, это редкий человек может, а уж он может, это точно.
Лидия побледнела.
Сидела молча, опустив глаза.
Старший из тех двух обернулся к приятелю:
— Не помнишь, я тебе рассказывал, чего-то он сказал про того малого в больнице, который по глотке себя полоснул, обхохочешься.
— Ага, помню.
Чего ж это он говорил?
Начисто забыл, а только помню, хохотал до упаду.
Все надолго замолчали.
Казалось, говорить больше не о чем.
Лидия задумалась, а два приятеля обмякли на стульях, безучастным взглядом уставились в пространство, будто куклы, которых продают на бульваре Монпарнас, те, что, покачиваясь, идут и идут по кругу и вдруг застывают.
Лидия вздохнула.
— Наверно, мы обо всем переговорили, — сказала она.
— Спасибо, что пришли.
Надеюсь, вы найдете работу, такую, какую ищете.