Звуки стройки поднимались к сероватому небу, сливаясь в хор, нестройный и унылый.
Но дрозды, искавшие червей в только что разрытой земле, молчали.
Джемс пробрался между кучами гравия - к дому уже прокладывалась дорога - и подошел к подъезду.
Здесь он остановился и поднял глаза.
С этого места не так уж много можно было увидеть, и это немногое Джемс сразу же окинул взором; но в таком положении он простоял не одну минуту, и кто знает, какие мысли бродили у него в голове.
Светло-голубые глаза Джемса, смотревшие из-под седых, похожих на маленькие рожки бровей, не двигались; выдававшаяся вперед длинная верхняя губа, обрамленная пышными седыми бакенбардами, дрогнула раз-другой; глядя на сосредоточенное выражение его лица, нетрудно было догадаться, от кого Сомс унаследовал свой угрюмый вид.
Джемс словно повторял про себя:
"Да, сложная штука - жизнь!"
В таком положении застал его Босини.
Джемс перевел взгляд с заоблачных высот на лицо Босини, который посматривал на него с насмешливо-презрительным видом.
- Здравствуйте, мистер Форсайт!
Приехали убедиться собственными глазами?
Как мы уже знаем. Джемс именно за этим и приехал, и ему сразу стало не по себе.
Тем не менее он протянул руку и сказал:
"Здравствуйте!" - не глядя на Босини.
Босини с насмешливой улыбкой пропустил его вперед.
Эта любезность заставила Джемса насторожиться.
- Давайте сначала обойдем кругом, - сказал он, - посмотрим, что у вас тут происходит!
Терраса, выложенная тесаным камнем, с бордюром в три-четыре дюйма высотой, огибала дом с юга-востока и юга-запада, спускаясь по краям к свежевзрыхленной земле, приготовленной под газон. Джемс пошел вдоль террасы.
- Во сколько же все это обошлось? - осведомился он, увидев, что терраса заворачивает за угол дома.
- Как вы думаете? - спросил Босини.
- Понятия не имею! - ответил Джемс, слегка озадаченный. - Фунтов двести - триста, наверно!
- Совершенно правильно!
Джемс испытующе взглянул на архитектора, но тот даже глазом не моргнул, и Джемс решил, что не расслышал ответа.
У входа в сад он остановился и посмотрел на открывавшийся перед ним вид.
- Это надо срубить, - сказал он, показывая на старый дуб.
- Вот как?
Вам кажется, что за свои деньги вы недостаточно пользуетесь видом из-за этого дерева?
Джемс снова недоверчиво посмотрел на Босини - странный подход к вещам у этого молодого человека.
- Не понимаю, - сказал он растерянным, взволнованным голосом, - зачем вам понадобилось это дерево.
- Завтра же оно будет срублено, - сказал Босини.
Джемс испугался.
- Не вздумайте сказать, что это я велел срубить.
Я тут совершенно ни при чем!
- Да?
Джемс взволнованно продолжал:
- При чем здесь я?
Какое это имеет ко мне отношение?
Делайте все под свою ответственность.
- Вы позволите сослаться на вас?
Джемс окончательно перепугался.
- Не понимаю, зачем вам понадобилось ссылаться на меня, - пробормотал он, - и вообще оставьте дерево в покое.
Это не ваше дерево!
Он вынул шелковый носовой платок и вытер лоб.
Они вошли в дом.
Внутренний двор поразил Джемса не меньше, чем Суизина.
- Вы, должно быть, всадили сюда уйму денег, - сказал он после долгого созерцания колонн и галереи.
- Во что, например, обошлись эти колонны?
- Не могу вам точно сказать, - задумчиво ответил Босини, - но действительно сюда всажена уйма денег!
- Ну еще бы, - сказал Джемс.