Не знаю, чего они хотели, но я, черт побери, был уверен, что это будет не на пользу Неваде.
– Подождите, пока я оденусь, я позвоню.
Я положил трубку и прикурил.
В глаза бросилась голубая обложка сценария.
Я снова снял трубку и назвал телефонистке домашний номер Тони Морони.
– Извини, что разбудил тебя, Тони, – сказал я. – Это Джонас.
В трубке раздался мягкий голос Морони.
– Все в порядке, Джонас, я встаю очень рано.
Кстати, прими мои поздравления по поводу женитьбы.
– Спасибо, – машинально ответил я и внезапно вспомнил, что со времени моего приезда сюда ни разу не подумал о Монике. – Ты финансировал новую картину Невады Смита?
– «Предатель»?
– Да.
– Я.
– Что там за история с ней?
– Очень хороший фильм.
Конечно, лучше, если бы он был звуковой, но все равно фильм очень хороший.
– Но если ты так считаешь, то почему требуешь возврата ссуды?
– Позволь мне задать один вопрос, Джонас.
Какой у тебя здесь интерес?
– Еще не знаю, – откровенно признался я. – Невада мой друг, и я хочу понять, что произошло.
Почему ты требуешь возврата ссуды?
– Ты же знаешь, как мы работаем, – начал объяснять Морони. – Мы дали ссуду Смиту под его обеспечение плюс гарантии компании «Норман Пикчерз».
А сейчас Берни Норману понадобился кредит, чтобы переделать свои собственные картины, и он отзывает гарантии, а это автоматически означает, что мы требуем возврата ссуды.
Меня совсем не тревожило, что Ван Элстер и Норман ждут меня внизу в вестибюле.
Когда они вмешивались в дела Невады, то ни с кем не советовались.
– И что теперь будет с Невадой? – спросил я.
– Если он не сможет вернуть ссуду, то мы лишим его права выкупить фильм, обеспечение будет депонировано, затем реализовано в счет погашения ссуды.
– А что вы сделаете с фильмом?
Порежете?
– Конечно, нет, – рассмеялся Тони. – Мы вернем его Норману для проката.
Это даст ему возможность вернуть свои деньги, ведь он вложил в фильм около четырехсот тысяч.
После того, как он их вернет, доход от проката пойдет на погашение ссуды, а все излишки после полного погашения будут возвращены Смиту.
Кое-что стало проясняться, значит, со временем Невада получит какие-то деньги.
– И на какую сумму он может рассчитывать?
– Сумма будет незначительной, – ответил банкир. – По условиям сделки, премиальные за прокат очень низкие, и сначала они должны быть выплачены Неваде, только потом премиальные утраиваются, но они ему уже не пойдут.
– А кто же их получит, банк?
Тони снова рассмеялся.
– Конечно, нет, их получит Берни как владелец проката.
Все стало на свои места.
Значит, эти парни, ожидающие меня внизу, решили за просто так обчистить Неваду.
Я подумал, насколько неопытным должен был быть его агент, чтобы позволить ему влезть в такую кабальную сделку.
– Еще один вопрос, Тони, и я перестану тебя беспокоить.
Сколько может понадобиться денег, чтобы переделать фильм в звуковой?
Морони задумался.
– Давай прикинем.
Декорации не разобраны, костюмы есть – значит, уже можно сэкономить половину.
Наверное, миллион или меньше, если повезет.
– Фильм стоит этого?
Я почувствовал, что Тони колеблется.
– Ты знаешь, я обычно не предсказываю судьбу фильмов.