Под пеньюаром ее тело оставалось плоским, как доска.
– Пойди сними сбрую, которая на тебе надета.
Так же без звука Рина выполнила мое указание, и когда она вернулась, все поняли, что теперь под пеньюаром не что иное, как женское тело.
– Вот это годится, – сказал я. – Мы снимем сцену заново.
Рина кивнула и отвернулась.
В этот момент раздался голос мисс Гейлард:
– Но мы не можем снимать ее в таком виде.
– Что вы сказали?
– Мы не можем снимать ее в таком виде, у нее груди болтаются.
Я расхохотался.
– Ну и что?
Они и должны болтаться.
– Безусловно, – быстро согласилась мисс Гейлард. – Но не забывайте, что на экране все выглядит преувеличенно.
Так ведь, Ли? – повернулась она к оператору.
Тот согласно кивнул.
– Это правда, мистер Корд.
Болтающиеся груди не будут выглядеть естественно.
– Надо подыскать ей что-нибудь вроде бюстгальтера, – сказала мисс Гейлард.
– Ну хорошо, пойдите посмотрите, что там у вас есть, – распорядился я.
Через минуту Рина и художница вернулись.
Конечно, теперешняя сбруя была лучше, чем предыдущая, но все равно нужного эффекта не получалось.
Я вышел из-за стола и подошел к Рине.
– Дай-ка посмотрю.
Рина равнодушно взглянула на меня и спокойно сбросила с плеч неглиже, придержав его локтями.
– Повернись вправо. Влево, – командовал я, отступив на шаг.
Теперь я видел, в чем дело.
Когда Рина поворачивалась, бюстгальтер натягивался, что и придавало ее груди неестественный вид.
Я оглянулся на художницу.
– Может быть, убрать бретельки?
Элен пожала плечами.
– Давайте попробуем.
Протянув руку, она спустила бретельки.
Рина стояла молча, глядя в какую-то точку за моей спиной.
– Ну-ка повернись. – Все равно он был ей тесен. – М-да, не годится.
– Можно попробовать еще кое-что.
– Давайте.
Женщины вновь скрылись в ванной и появились через минуту.
На этот раз на Рине было нечто, похожее на корсет, слегка не достававший до бедер.
Когда она двигалась, груди ее были неподвижны.
Видно их было превосходно, но создавалось впечатление, что они отлиты из пластмассы – этакие парижские штучки.
Я посмотрел на художницу.
– А что это за проволока торчит у нее из боков? Нельзя ли ее отрезать?
– По-моему, все превосходно, мистер Корд.
Мне вообще непонятно, что вы так волнуетесь из-за формы груди мисс Марлоу.
Ноги у нее великолепные, и они достаточно открыты.
– Мисс Гейлард, поскольку вы не мужчина, я и не жду, что вы поймете мою мысль.
С меня хватает ног, которые я вижу на улице.
Просто отвечайте на мои вопросы, пожалуйста.
– Нет, мы никак не можем убрать эту проволоку, – подчеркнуто вежливо ответила художница. – Если мы сделаем это, то мисс Марлоу окажется совсем раздетой.
Вся конструкция потеряет жесткость.