– Нет, – воскликнула она сердито, – не трогай меня.
Рональд недоуменно посмотрел на нее, его колотила мелкая дрожь.
– Делай это, глядя на меня, а я буду делать, глядя на тебя.
Но только не трогай меня.
6.
Весь фильм Рональд слушал их хихиканье и перешептывание.
Даже не видя, он мог себе представить, чем они занимаются.
В его воображении мелькали самые различные картины.
Вот Томми предлагает Рине жевательную резинку и, протягивая пакетик, касается ее груди.
Рональд беспокойно заерзал в кресле и скосил взгляд в их сторону.
Бесполезно, ничего не было видно.
– Дай мне конфету, – раздался из темноты голос Джоан.
– Что? – переспросил Рональд. – Ах да, конечно, – он протянул ей пакет.
Она повернулась, отыскивая его в темноте, и он почувствовал легкое прикосновение ее груди.
Но это прикосновение только сильнее напомнило ему о Рине.
С несчастным видом он откинулся в кресле.
По пути домой они остановились перед коттеджем Томми.
– Так как вы насчет того, чтобы выпить шипучки? – спросила Джоан. – У нас в холодильнике есть большая бутылка.
Рональд покачал головой.
– Нет, спасибо.
Уже почти восемь, а я обещал маме, что мы вернемся до наступления темноты.
Рина молчала.
– Может быть, ты проводишь Рину и вернешься? – снова спросила Джоан.
Рональд покраснел.
– Не думаю.
Я немного устал и хочу пораньше лечь спать.
Джоан удивленно посмотрела на него, затем медленно повернулась и пошла в дом.
– Спокойной ночи, увидимся завтра на пляже, – сказал Томми. * * *
До дома они шли молча.
Когда подошли к крыльцу, уже почти стемнело, Рональд распахнул дверь перед Риной.
Она прошла внутрь, но, почувствовав, что он не идет за ней, обернулась.
– А ты почему не заходишь?
– Посижу немного во дворе.
– Я тоже, – быстро сказала она, возвращаясь на крыльцо.
Рональд хлопнул дверью, и этот звук был услышан в доме.
– Дети, это вы? – раздался голос Джеральдины.
– Да, мама, – ответила Рина и быстро взглянула на брата. – Сегодня так жарко, можно мы немного посидим на улице?
– Хорошо, но не больше получаса, Рина.
Я хочу, чтобы в половине девятого ты уже легла спать.
– Ладно, мама.
Рональд спрыгнул с крыльца и сел в большой шезлонг.
Рина устроилась рядом.
– Почему Джоан хотела, чтобы ты вернулся? – внезапно спросила она.
– Не знаю.
– Не люблю Джоан, она эта... ли... лице...
– Лицемерка, – подсказал Рональд, удивляясь проницательности Рины. – А почему ты так думаешь?
– В кино Томми хотел, чтобы я гладила его штуку, и, когда я отказалась, он взял руку Джоан, и она делала это.
– Нет! – невольно вырвалось у него.
Хотя, конечно, Рина права, эта маленькая сучка лицемерка.
– А ведь она даже не взглянула на него, – продолжала Рина, – а все время смотрела на экран, и один раз попросила у тебя конфету.