Дрожащими руками я достал сигарету и прикурил. Рина скомкала носовой платок, выкинула его из машины, взяла у меня изо рта сигарету и затянулась.
– Я все рано хочу тебя.
Она вернула мне сигарету и отрицательно покачала головой.
– Почему? – спросил я.
Рина повернула ко мне лицо, бледным пятном выделявшееся в ночной темноте.
– Потому что через два дня я уезжаю домой.
Потому что во время краха фондовой биржи в двадцать третьем мой отец потерял все.
Потому что я должна найти богатого мужа и не могу рисковать.
Я поглядел не нее и завел мотор.
Выведя машину из финиковой рощи на дорогу, я направился к дому.
Ехали мы молча, но у меня уже имелись ответы на все ее «нет».
Я был богат или, по крайней мере, когда-то буду богатым.
Рина осталась в гостиной, а я прошел в кабинет отца.
Он, как обычно, работал за столом. Свет от настольной лампы падал на разложенные бумаги.
Когда я вошел в кабинет, он поднял голову.
– Ну что? – спросил он таким тоном, словно я помешал его работе.
Я щелкнул выключателем на стене, и кабинет залился ярким светом.
– Я хочу жениться, – сказал я.
Он бросил на меня отсутствующий взгляд, нобыстро пришел в себя.
– Ты сошел с ума, – спокойно проговорил он и снова погрузился в свои бумаги. – Иди спать и не беспокой меня.
Я остался стоять на месте.
– Я собираюсь жениться, папа.
Впервые со времени моего детства я назвал его папой.
Он медленно поднялся из-за стола.
– Нет, ты слишком молод.
Это было все, что он сказал.
Ему не пришло в голову поинтересоваться: кто, что, почему? Отнюдь нет.
Только: «Ты слишком молод».
– Хорошо, отец, – проговорил я, повернувшись уходить. – Но помни, что я тебя предупредил.
– Подожди, – остановил он меня у самой двери, – где она?
– Ждет в гостиной.
Он проницательно посмотрел на меня.
– И когда ты это решил?
– Сегодня вечером, только что.
– Я думаю, что она одна из тех глупых молоденьких девиц, которые ошиваются в танцевальном клубе в надежде подцепить какого-нибудь старика.
Я принялся отчаянно защищать ее.
– Нет, она не такая.
Между прочим, она даже не знает, о чем я говорю с тобой.
– Ты хочешь сказать, что еще даже не сделал ей предложения?
– Мне ине нужно его делать, – самоуверенно ответил я. – Я и так знаю ее ответ.
Отец покачал, головой.
– Но, может, все-таки следует спросить у нее?
Я вышел из кабинета и вернулся вместе в Риной.
– Рина, – сказал я, – это мой отец. Отец, это Рина Марлоу.
Рина вежливо кивнула.
Она держала себя так, словно эта сцена происходила ровно в полдень, а никак не в два часа ночи.
Отец внимательно посмотрел на нее.
В его взгляде появилось такое любопытство, какого я никогда у него не наблюдал.
Он вышел из-за стола и протянул ей руку.
– Здравствуйте, мисс Марлоу, – мягко произнес он.