Он обернулся ко мне.
– Спорим на десять долларов, что я собью фуражку с генерала с первого захода?
После некоторого замешательства он улыбнулся.
– Спорим.
Самолет набрал высоту и спикировал на аэродром, пролетев всего в нескольких метрах над взлётной полосой.
Я успел заметить изумленные лица наблюдавших за нами военных, когда машина, пролетев над их головами, свечой взмыла ввысь.
Оглянувшись, я увидел, как капитан побежал за фуражкой генерала, которую сорвало у него с головы воздушным потоком.
Я снова тронул Форрестера за плечо.
Он смеялся так, что выступили слезы.
Самолет приземлился очень мягко, как голубь на голубятню.
Я отодвинул колпак, и мы выбрались наружу.
Я взглянул на Форрестера.
На лице его опять появилась бесстрастная маска.
Генерал был уже в фуражке.
– Ну, Форрестер, – строго спросил он, – что скажете?
– Без сомнения, сэр, это лучший истребитель на сегодняшний день, – сказал подполковник ровным спокойным голосом, глядя в глаза своему начальнику. – Думаю, сэр, что надо немедленно приступить к испытаниям, чтобы подтвердить мою точку зрения.
– Думаете? – холодно спросил генерал.
– Уверен, сэр, – без нажима ответил Форрестер.
– Но надо учитывать все факторы, Форрестер.
Вы имеете представление, сколько может стоить этот самолет?
– Нет, сэр. В мои обязанности входит только оценка его летно-технических характеристик.
– А мои обязанности гораздо шире, – сказал генерал. – Вы должны помнить, что мы действуем в рамках строгого бюджета.
– Да, сэр.
– Не забывайте об этом.
Если я буду потакать лишь желаниям летчиков, то денег едва хватит, чтобы содержать армию в течение месяца.
– Да, сэр, – Форрестер побледнел.
Я взглянул на бравого летчика и задумался, почему он стоят навытяжку перед этим олухом и выслушивает его.
В этом не было никакого смысла.
Ведь с его именем и заслугами он мог уйти из армии и зарабатывать в двадцать раз больше, работая в какой-нибудь гражданской авиакомпании.
Генерал повернулся к Моррису.
– Ну, мистер Моррис, – его голос звучал почти весело, – с кем мы можем поговорить о цене этого самолета?
– С мистером Кордом, сэр.
– Отлично! – рявкнул генерал. – Пойдемте в офис и позвоним ему.
– В этом нет необходимости, генерал, – быстро сказал я. – Мы можем поговорить прямо здесь.
Генерал уставился на меня, затем его губы растянулись в подобие широкой улыбки.
– Не обижайся, сынок.
У меня плохая память на имена.
– Все в порядке, генерал.
– Мы с твоим отцом старые друзья, – сказал он. – Еще с прошлой войны. Я много закупил у него для армии, и если ты не возражаешь, то мне хотелось бы обсудить этот вопрос с ним.
Во имя нашей старой дружбы.
Не говоря уже о том, что нынешняя сделка может оказаться грандиозной и твой отец предпочтет сам заняться ею.
Я чувствовал, что бледнею, но заставил себя сдержаться.
Как долго еще будет надо мной витать тень отца?
Мой голос показался мне неестественно спокойным.
– Я тоже так думаю, генерал, но боюсь, что вам все же придется иметь дело со мной. С отцом вы поговорить не сможете.
– Почему? – в голосе генерала появился холодок.
– Мой отец уже десять лет как в могиле, – ответил я и направился к ангару.
2.
Я вошел в небольшую комнату в задней части ангара, которая служила Моррису кабинетом, закрыл дверь и достал из стола бутылку виски, которая всегда хранилась там для меня.
Плеснул виски в бумажный стаканчик и залпом выпил.