– Послушай, Джонас, – произнесла она ледяным тоном. – Я все взвесила.
По законам штата Невада, независимо от завещания, я имею право на треть всего имущества.
Я смогу опротестовать завещание, как только захочу.
И если даже я не добьюсь успеха, то все равно втяну тебя в судебные передряги лет на пять.
И что тогда будет с твоими планами? – Я молча уставился на нее. – Если не веришь мне, спроси у своего адвоката, – добавила она.
– Ты уже опротестовала завещание?
– Да, черт возьми, я уже сделала это.
Судья Хаскелл позвонил мне сразу, как только вернулся к себе.
Я глубоко вздохнул.
Следовало предположить, что старый ублюдок не простит своего поражения.
– У меня нет таких денег, – сказал я, – и у компании тоже.
– Знаю, – ответила Рина. – Но я и об этом подумала.
Я получу пятьдесят тысяч на следующий день после похорон, и компания выдаст мне вексель с обязательством выплачивать по десять тысяч в течение пяти лет.
Не требовалось советоваться с адвокатом, чтобы понять, как хорошо она осведомлена в данном вопросе.
– Хорошо, – сказал я, направляясь к двери. – Пойдем вниз, Макаллистер подготовит бумаги.
– Не могу, – снова улыбнулась Рина.
– Почему?
– Но ведь я в неглиже.
Как может вдова Джонаса Корда в таком виде решать деловые вопросы? – Она вернулась к туалетному столику. – Когда бумаги будут готовы, пришли их сюда.
9.
Было пять часов вечера, когда мы вышли из такси перед банком в деловой части Лос-Анджелеса.
Мы направились в административное помещение, расположенное в задней части здания. Макаллистер провел меня в дверь с табличкой «Посторонним вход воспрещен», и мы оказались в приемной.
– Мистер Макаллистер, – улыбнулась секретарша, – а мы думали вы в Неваде.
– Я был там, – ответил он. – Мистер Морони у себя?
– Я должна проверить.
Иногда он уходит из офиса, не ставя меня в известность.
Она скрылась за другой дверью.
Я посмотрел на Макаллистера.
– Вот такая секретарша мне и нужна.
У нее есть мозги и пышный бюст впридачу.
Он улыбнулся.
– Такие девушки получают семьдесят пять – восемьдесят долларов в неделю.
Они не дешевы.
– Я буду платить за все, что мне нравится.
Секретарша, по-прежнему улыбаясь, появилась в дверях.
– Мистер Морони примет вас, мистер Макаллистер, – сказала она.
Я проследовал за ним в большой кабинет с отделанными темным деревом стенами.
Посередине стоял громадный стол, за которым сидел маленький человек с проницательными темными глазами и волосами стального цвета.
При нашем появлении он встал.
– Мистер Морони, это Джонас Корд, – представил меня Макаллистер.
Морони протянул руку, и я пожал ее.
Это не была обычная мягкая рука банкира.
Она была твердая и мозолистая, а рукопожатие крепкое.
В этой руке чувствовался многолетний труд и отнюдь не за столом.
– Рад вас видеть, мистер Корд, – произнес он с легким итальянским акцентом.
– Я тоже, сэр, – вежливо ответил я.
Он подвелнас к креслам впереди стола, и мы уселись в них. Макаллистер сразу приступил к делу.
Когда он закончил, Морони, сидевший за столом, слегка наклонился вперед и посмотрел на меня.
– Весьма сожалею о постигшей вас потере, – сказал он. – Судя по тому, что я слышал, ваш отец был очень необычным человеком.
– Это так, сэр, – кивнул я.