Он разработал программу, позволяющую студии работать с максимальной эффективностью, но ему не достает творческой жилки, которая есть у Боннера или Занука.
Ему не хватает способности родить идею и лично воплотить ее в грандиозный фильм. – Он посмотрел на Джонаса.
В этот момент они проезжали мимо уличного фонаря, и его свет на мгновение осветил лицо Джонаса.
Глаза его были закрыты, лицо ничего не выражало. – Наличие творческой жилки как раз и отличает настоящего режиссера от руководителя студии, которым и является Дэн.
Эта жилка заставляет его верить, что он может создавать картины лучше других, и дает ему возможность доказать это людям.
Мне кажется, что в тех двух фильмах, которые вы сделали, гораздо больше творчества, чем в пятидесяти картинах Дэна, которые он сделал за два года.
– Что дальше? – спросил Джонас, игнорируя лесть, прозвучавшую в словах Дэвида.
– Второй вопрос касается денег.
Для создания хороших фильмов Дэну нужны деньги, для того чтобы сделать два или три больших фильма, требуется пять миллионов.
Вы денег давать не хотите, а Боннер сам финансирует фильмы.
Он будет делать четыре фильма в год, и наши инвестиции будут минимальными, только перерасход.
Что бы ни случилось, мы вряд ли проиграем.
А его контроль за другими фильмами только поможет нам.
– А ты не подумал о том, что будет с Дэном? – спросил Джонас.
– Дэн это ваша забота, а не моя, – вздохнул Дэвид. – Я отвечаю за компанию, – он помялся. – Для Дэна найдутся другие дела.
– Понятно, два начальника в одном деле не нужны.
Дэвид промолчал.
– Хорошо, договаривайтесь с Боннером, но с Дэном улаживать дела будете сами. – Слова Джонаса резко, словно нож, прорезали темноту.
Он повернулся к шоферу. – Отвези нас назад, к машине мистера Вулфа, Робер.
– Хорошо, мистер Корд.
– Я виделся с Невадой. – Джонас снова повернулся к своим спутникам. – Он будет делать для нас сериал.
– Отлично, мы сейчас же займемся отбором сценариев.
– Не надо, мы уже это решили.
Я предложил ему в качестве главного героя использовать Макса Сэнда из «Предателя».
– Но ведь в конце «Предателя» герой скачет в горы умирать.
Джонас улыбнулся.
– Мы решили, что он не умрет, а останется в живых, изменит имя и уверует в Бога.
Остаток своей жизни он использует для помощи людям, применяя револьвер только в качестве последнего довода.
Неваде это понравилось.
Конечно, Неваде должен был понравиться такой сюжет, подумал Дэвид.
Любой актер, играющий в вестернах, не упустил бы шанс построить на этом сериал.
Именно это он и имел в виду, когда говорил о творческой жилке.
У Джонаса она действительно была.
Автомобиль остановился перед больницей.
Джонас перегнулся через сидение и открыл дверцу.
– Выходите, – тихо сказал он.
Разговор был закончен. * * *
Какое-то время они наблюдали за удаляющимся черным лимузином.
Потом Дэвид открыл дверцу своей машины, и Роза, взглянув на него, сказала:
– Сегодняшний вечер богат событиями, не так ли?
– Очень богат, – кивнул Дэвид.
– Вам нет нужды отвозить меня обратно, я могу взять такси.
Я все понимаю.
Он посмотрел на ее серьезное лицо и улыбнулся.
– А может, нам поехать куда-нибудь выпить?
Роза колебалась всего секунду.
– У меня коттедж в Малибу, – сказала она, – не так далеко.
Если хотите, можем поехать ко мне. – Они добрались до коттеджа за пятнадцать минут. – Не обращайте внимания на беспорядок, – сказала Роза, вставляя ключ в замок. – У меня просто не хватает времени на домашние хлопоты.
Она зажгла свет, и Дэвид прошел за ней в большую гостиную.
Мебели в гостиной было мало: диван, несколько стульев, два небольших столика с лампами.