Гарольд Роббинс Во весь экран Саквояжники (1961)

Приостановить аудио

Хочешь правду?

– Конечно, только правду, – улыбнулся Морис.

– Вы все для меня одинаковы, – сказала девушка, глядя ему прямо в лицо.

– Неужели ты никогда ничего не чувствовала?

– Конечно чувствовала, – ответила она, – я же человек.

Но только не с клиентами, этого я допустить не могу.

Они платят мне за хорошую работу. – Она погасила сигарету в пепельнице. – Если мне хочется получить удовольствие, я уезжаю на неделю на ранчо, которые сдают на праздники замужним женщинам.

И там всегда находится какой-нибудь бездельник ковбой, который думает, что может доставить мне удовольствие.

И он доставляет, потому что мне не надо угождать ему. А Джоны за все платят.

– А разве ты не обманываешь Джонов?

Девушка улыбнулась.

– А ты чувствуешь себя обманутым?

– Нет, – сказал Морис и быстро добавил, – но я не предполагал, что ты играешь.

– Я не играла, – сказала девушка, беря новую сигарету, – я работала.

Это моя работа. – Боннер промолчал.

Девушка прикурила сигарету и снова обратилась к нему: – Вот, например, ты съел хороший обед.

После этого ты рассказываешь друзьям, что отлично пообедал. Мало того.

Ты не только расскажешь об этом, но даже сообщишь, где тебе удалось так пообедать. Теперь друзья и сами могут пойти туда.

Верно? – Он кивнул. – То же самое и со мной.

У тебя есть друг, на этот раз это Ирвинг Шварц.

Вы потягиваете джин, он смотрит на тебя и говорит:

«Сегодня ночью у меня был лакомый кусочек.

Великолепный.

Дженни Дентон.

Можешь ей позвонить».

Ты приходишь и кладешь на стол деньги.

Ты взлетаешь и падаешь, наполняешься воздухом, словно воздушный шар, и паришь над миром.

Держу пари, что у тебя давно не получалось три раза за ночь.

Ну что, ты все еще считаешь себя обманутым?

Морис рассмеялся, ощутив себя молодым и сильным.

Она была права.

Давно уже, лет двадцать, он не чувствовал себя так хорошо.

Он поднялся, и полотенце упало на пол.

Дженни рассмеялась.

– А ты, оказывается, моложе, чем я думала.

Однако уже полночь.

– Ну и что?

– Договор был две бумажки до полуночи.

Ты заплатил.

Если хочешь остаться до утра, гони еще бумажку.

Это включает завтрак.

– Хорошо, договорились.

Дженни поднялась и улыбнулась.

– Тогда пошли.

Он прошел за ней в большую ванную, где в пол была утоплена громадная квадратная мраморная ванна.

Под окном возле стены стоял топчан.

– Сядь сюда, – сказала Дженни, указывая на топчан.

Морис присел на край, наблюдая как она достала аптечку, вынула из нее безопасную бритву, тюбик крема для бритья и помазок.

Затем налила в стаканчик воды и намылила помазок.

– Ложись, – сказала она, опуская помазок в стаканчик и взбивая пену.