– А на нее это подействует?
Джонни понял его и внезапно осознал, что никогда по-настоящему не видел Дженни, так как не обращал внимания на девчонок из Школы Милосердия.
Дженни поставила недопитый стакан и отошла от прилавка посмотреть журнал.
Ему понравилось, как она выглядит в облегающем летнем платье.
Джонни никогда не предполагал, что у нее такая большая грудь.
Не даром Майк Халлоран ухлестывал за ней.
Он резко сунул руку в карман, вытащил небольшой пакетик и высыпал порошок в ее стакан.
Дженни взяла со стенда журнал и вернулась к автомату.
Джонни бросил взгляд на ее стакан.
Остатки порошка еще плавали на поверхности.
Он схватил стакан, добавил сиропа и пустил струю газированной воды.
Подвинув стакан к Дженни, он посмотрел на часы.
– Тебе, наверное, пора домой, да?
– Сегодня суббота, – ответила Дженни. – В помещении было так жарко, что я решила прогуляться по воздуху. – Она бросила на прилавок монету в пять центов и взяла из вазы соломинку.
Джонни напряженно наблюдал за тем, как она пьет.
– Нормально?
– Пожалуй, чересчур сладко.
– Я добавлю немного газировки, – быстро сказал Джонни. – Ну как теперь?
Дженни отхлебнула.
– Отлично.
Спасибо.
Он взял монету, подошел к кассе и бросил ее туда.
– Я видел, что ты сделал, – прошептал Энди.
– Заткнись.
Дженни медленно листала журнал и потягивала напиток.
Ее стакан наполовину опустел, когда вернулся аптекарь.
– Все в порядке, Джонни?
– Конечно, доктор.
– Спасибо, Джонни, хочешь кока-колы?
– Нет, спасибо, доктор.
До завтра.
– Зачем ты это сделал? – спросил Энди, когда они вышли на улицу. – Теперь мы не узнаем, как порошок действует.
– Узнаем, – ответил Джонни, заглядывая в окно аптеки.
Дженни допила кока-колу и слезла со стула.
Вернув журнал обратно на стенд, она вышла на улицу.
К ней подошел Джонни.
– Ты домой, Дженни?
– Хотела зайти в парк, – сказала с улыбкой Дженни, – может, там попрохладнее от ветра с залива.
– Не возражаешь, если мы проводим тебя?
Делать нам все равно нечего.
Она подумала, почему это Джонни вдруг предложил проводить ее.
Ведь раньше он никогда не обращал на нее внимания. * * *
Было уже почти десять вечера, когда Том Дентон вышел из салуна, расположенного напротив депо.
Он был здорово пьян.
Перейдя улицу, он подошел к воротам депо.
Его старушка номер двести двенадцать стояла там.
Его старая машина.
Но теперь это была уже не его машина, и никогда снова его не будет.
Сейчас на ней ездит другой.
Неужели она не понимает, что когда мужчина ложится в кровать, он хочет получить что-нибудь еще кроме молитвы?