Если бы у него в кармане была куча денег, он знал бы куда пойти.
Девочки из заведения Мэгги понимали, как обращаться с мужчинами.
Он запустил руку в карман и тщательно пересчитал монеты.
Тридцать пять центов.
Можно вернуться в салун, хватит еще на один стаканчик.
Но тогда ему в понедельник снова придется клянчить у Элен.
Том почувствовал, что хмель начинает улетучиваться, в ярости он запихнул монеты назад в карман.
Выпивка не доставляет удовольствия, когда вынужден трястись над каждой монетой.
Почти протрезвев, он направился домой.
Он сидел за столом в темной кухне, когда туда вошла Элен.
Она зажгла свет, и Том медленно поднял голову.
– Не ждала тебя так рано, – сказала она. – Что случилось?
У них кончилось виски?
Он молчал.
Элен вышла из кухни в тесную прихожую.
Он услышал, как открылась и закрылась дверь в комнату дочери.
Через минуту жена вернулась в кухню.
– А где Дженни?
– Не знаю, может быть, она с Майком?
– Майк остался в Беркли.
Когда я уходила в церковь, Дженни сказала, что сегодня рано ляжет спать.
– Сегодня жарко, может быть, она вышла подышать?
– Мне не нравится, что она выходит из дому одна.
– Не дави на нее, Элен, она уже взрослая девушка.
Элен сняла с полки чайник, налила в него воды, поставила на плиту и зажгла газ.
– Хочешь чаю?
Том удивленно посмотрел на жену.
Уже давно она не приглашала его на вечернюю чашку чая.
Он кивнул.
Она вязла чашки, поставила их на стол и села напротив него, ожидая когда закипит чайник.
На лице у нее была тревога.
– Не волнуйся, – сказал Том, пытаясь успокоить ее. – Дженни будет дома с минуты на минуту.
Элен посмотрела на него и почувствовала, что по щекам у нее текут слезы. Она положила свою руку на руку мужа.
– Извини, Том.
Не знаю, что со мной, но иногда я представляю себе то, что никогда не происходит.
– Я знаю, Элен, – ласково сказал он, – я знаю.
Но это произошло. К ним пришли полицейские и сказали, что Дженни нашли в парке изнасилованную и избитую.
6.
Они втроем вышли из церкви на яркий солнечный свет.
На них со всех сторон устремились любопытные взгляды.
Том почувствовал, как задрожала дочь, краска залила ее лицо, все еще хранившее следы побоев.
Она опустила глаза, и они начали спускаться по ступенькам.
– Выше голову, Дженни-медвежонок, – прошептал Том, – это их сыновьям должно быть стыдно, а не тебе.
Дженни подняла голову и благодарно улыбнулась ему.
– И ты тоже, Элен Дентон, – добавил он. – Что ты уставилась в землю?
В душе Элен чувствовала торжество.
Наконец-то ее муж вернулся в лоно церкви.
Ей вспомнилось то утро.
Она была одета, чтобы идти в церковь, и позвала Дженни.
Открыв дверь в ее комнату, Элен увидела, что Дженни сидит в кресле и смотрит в окно.