Не было газа, красный флажок был поднят вверх.
Она встала и пошла за кошельком, но в нем не было монет по двадцать пять центов, только пятицентовые и десятицентовые монеты.
Сначала она хотела попросить монету у Тома, но потом решила, что и так достаточно наслушалась обвинений в свой адрес.
Ладно, придется обойтись сегодня без ванны, оставить это удовольствие на утро, когда она вернется из церкви.
Элен прошла в ванную и остатками теплой воды сполоснула лицо.
Когда она вышла, Том по пояс голый стоял на кухне.
Элен бросила на него быстрый взгляд и отвернулась.
Том зашел в ванную и стал шумно плескаться, внезапно пошла холодная вода.
Он выругался про себя, быстро вытерся полотенцем, вынул из кармана монету в двадцать пять центов и опустил ее в щель счетчика.
Красный флажок опустился, он удовлетворенно кивнул.
Войдя в спальню, он не закрыл за собой дверь и не обратил внимания на легкое шипение, доносившееся из нагревателя.
Он присел на край кровати, а через минуту со вздохом лег, коснувшись плечом жены. Она повернулась к нему спиной.
«Ну и черт с ней, – подумал он, поворачиваясь набок.
Наверное, коммунисты правы со своей идеей свободной любви.
В конце концов, мужчина не может жить с такой женщиной».
Глаза его начали слипаться, он слышал мягкое дыхание жены, она спала.
Он улыбнулся в темноте – при свободной любви у него будет достаточно женщин, тогда она попляшет.
Веки его сомкнулись и он соединился со своей женой во сне.
И в смерти. * * *
Дженни сидела на кровати, прикрыв простыней наготу и смотря широко открытыми, испуганными глазами на стоящую в дверях женщину.
На другой стороне кровати Боб торопливо застегивал рубашку.
– Ты думаешь, что он бросит меня ради тебя? – крикнула женщина Дженни. – Ты думаешь, ты первая?
Разве он не говорил тебе, сколько раз я заставала его в подобной ситуации? – В ее голосе прозвучали нотки презрения. – Или ты думаешь, что он действительно любит тебя? – Дженни молчала. – Скажи ей, Роберт, – сердито сказала женщина. – Скажи ей, что сегодня вечером ты хотел заняться любовью со мной, а когда я отказалась, ты приехал сюда.
Скажи ей.
Дженни взглянула на доктора Гранта.
Лицо его было белым, он не смотрел в ее сторону.
Потом он взял с кресла пальто и подошел к жене.
– Ты так возбуждена, позволь мне отвезти тебя домой.
Домой.
Это слово больно кольнуло Дженни.
А их дом – его и ее, о котором он говорил?..
Ведь здесь они были вместе, здесь любили друг друга.
Сейчас-то он имел в виду другое место.
– Я всегда возбуждена, не так ли Роберт?
Каждый раз ты обещаешь мне, что это никогда не повторится.
Но мне-то лучше знать.
Хорошо, – голос ее прозвучал резко и холодно. – Пошли, но прежде скажи ей.
– Пожалуйста, дорогая, – быстро сказал он, – в другой раз, не сейчас.
– Сейчас, Роберт.
Сейчас, или весь мир узнает о докторе Гранте – специалисте по абортам и великом любовнике.
Он повернулся и посмотрел на Дженни.
– Вам придется уйти, мисс Дентон, – грубо сказал он. – Вы видите, что я не люблю вас.
Я люблю свою жену.
И почти в тот же самый момент, когда за ним захлопнулась дверь, в старом многоквартирном доме на другом конце города раздался взрыв.
Когда пожарники вытащили из огня тела, они сказали, что жертвам повезло.
Они умерли еще до пожара.
9.
Чарльз Стандхерст познакомился с Дженни Дентон в возрасте восьмидесяти одного года.
В восемь утра весенним утром тысяча девятьсот тридцать шестого года он находился в клинике Колтона в Санта-Моника.
Его только что поместили на операционный стол. Дженни участвовала в операции в качестве старшей хирургической сестры.