Она им все рассказала перед смертью.
– Сколько они хотят?
– Двадцать тысяч.
– Ты можешь купить их и за пять.
Он не ответил и вместо этого посмотрел на мои ноги.
– Надень ботинки и пойдем, – сказал он. – Отец ждет тебя.
Он двинулся через поле, а я посмотрел на свои ноги.
Босые подошвы ощущали приятное тепло земли.
На минутку я погрузил их в песок, затем вернулся к кабине и достал мексиканские сандалеты.
Сунув в них ноги, я отправился через поле вслед за Невадой.
Я ненавидел ботинки.
Они не позволяют дышать.
2.
Переходя поле по направлению к фабрике, я взбивал сандалетами фонтанчики песка.
Нос ощутил слабый больничный запах серы, которая использовалась для производства пороха.
Этот же запах был в больнице в ту ночь, когда я привез ее туда.
И совсем другой запах был в ту ночь, когда мы зачали ребенка.
То была холодная и ясная ночь.
Запах океана и прибоя проникал в маленький коттедж через открытое окно. Я находился в Малибу, и в комнате не было ничего, кроме запаха океана, и запаха девушки, и ощущения ее присутствия.
Мы вошли в спальню и начали раздеваться, ощущая непреодолимое желание.
Она была быстрей меня и уже лежала в постели, наблюдая за тем, как я доставал из ящика презервативы.
Ее голос шептал в ночи:
– Нет, Джони.
Не надо сегодня.
Я посмотрел на нее.
Яркая тихоокеанская луна светила в окно, и только ее лицо находилось в тени.
От ее слов меня бросило в дрожь.
Она, должно быть, почувствовала это, приблизилась ко мне и поцеловала.
– Я ненавижу эти чертовы штуки, Джони.
Я хочу чувствовать тебя в себе.
Я засомневался.
Она потянула меня на себя и прошептала в ухо:
– Ничего не случится, Джони.
Я буду осторожна.
Сдерживаться больше не было сил. Ее шепот превратился во внезапный крик боли.
У меня не хватало дыхания, а она кричала мне в ухо:
– Я люблю тебя, Джони.
Я люблю тебя, Джони.
Она любила меня.
Она любила меня так сильно, что спустя пять недель заявила, что мы должны пожениться.
Мы сидели на переднем сидении моей машины, возвращаясь домой с футбольного матча.
Я посмотрел на нее.
– Зачем?
Она подняла глаза.
В них не было испуга, она была слишком уверена в себе.
Голос был почти дерзким.
– Обычная причина.
По каким же еще другим причинам женятся парень и девушка?
Мой голос стал жестче.
Я знал, что надо предпринять.