Бандит был отнюдь не дурак.
Он развел костер между двумя валунами, и подобраться к нему можно было только спереди.
Макс снова нырнул в траву.
Надо было ждать, пока бандит уснет.
Он перевернулся на спину и посмотрел в небо.
Действовать ему предстоит через несколько часов, а сейчас он нуждался в отдыхе.
Закрыв глаза, Макс погрузился в сон.
Пробудился он внезапно.
Луна светила в небе прямо над ним.
Медленно приподнявшись, Макс выглянул из травы.
Костер уже догорал.
В его слабом отблеске виднелась тень человека, лежащего у валунов.
Макс стал осторожно продвигаться вперед.
Бандит захрапел и перевернулся во сне.
Макс замер на секунду, подождал, пока бандит затихнет, и снова двинулся в сторону костра.
Он мог уже различить револьвер, зажатый в вытянутой руке бандита.
Макс взял с земли маленький камень, тихо отцепил от пояса дубинку и приподнялся.
Сдерживая дыхание, он бросил камень к ногам бандита. Тот вскочил, бормоча проклятия. Держа в руках револьвер, он вглядывался в темноту впереди себя.
Он не понял, что случилось, когда Макс опустил ему на затылок боевую дубинку.
Когда Макс вернулся назад с пони, на востоке уже забрезжил рассвет.
Он привязал пони вместе с остальными лошадьми и пошел посмотреть на бандита.
Глаза его были закрыты, дыхание ровное, но в том месте, куда был нанесен удар, расплылось кровавое пятно.
Он лежал на земле обнаженный, руки и ноги растянуты и привязаны к кольям, вбитым в землю.
Макс присел на камень и стал точить нож о его гладкую поверхность.
Когда взошло солнце, бандит открыл глаза.
Сначала он ничего не мог разобрать, но постепенно его зрение прояснилось.
Он попытался подняться и понял, что привязан.
Тряся головой, бандит посмотрел на Макса.
– В чем дело? – спросил он.
Продолжая точить нож, Макс ответил:
– Я Макс Сэнд.
Помнишь меня?
С ножом в руке он подошел к лежащему бандиту и посмотрел на него.
Тошнота снова подступила к горлу, когда он вспомнил картину, увиденную в родной хижине.
Но когда он заговорил, голос его был спокойным и бесстрастным.
– Зачем ты убил моих родителей?
– Я их не убивал, – ответил бандит, не отводя глаз от ножа в руке Макса.
– У тебя лошадь моего отца.
– Он продал мне ее.
– Отец никогда не продал бы единственную лошадь.
– Отпусти меня! – внезапно заорал бандит.
Макс приставил нож к его горлу.
– Ты скажешь мне, что произошло?
– Это не я, это другие, – кричал бандит. – Я ничего не делал, а им нужно было золото. – Глаза его расширились от ужаса, и он в страхе обмочился.
Моча заструилась по его обнаженным ногам. – Отпусти меня, сумасшедший индейский ублюдок! – завопил он.
Макс отбросил все сомнения.
Он был сыном Красной Бороды и Канехи и переполнен чувством мести.
Его нож засверкал на солнце, и когда он выпрямился, бандит молчал.
Макс равнодушно взглянул на него.
Глаза его были открыты, взгляд невидящий, но он не был мертв, а только потерял сознание.