Если бы эта старая сука держала свой рот на замке, то ее дочь, возможно, была бы жива и по сей день.
Затем была эта ночь. Около половины первого зазвонил телефон.
Я уже почти заснул и поэтому выругался, протягивая руку к трубке.
Ее голос переходил в панический шепот:
– Джони, я истекаю кровью.
Сон мгновенно слетел с меня.
– В чем дело?
– Я поехала в мексиканский район сегодня после полудня, и что-то не так, у меня не останавливается кровь и я боюсь.
Я сел на кровать.
– Где ты?
– В полдень я сняла комнату в отеле
«Вествуд», комната девятьсот один.
– Ложись в постель, я сейчас буду.
– Пожалуйста, поторопись, Джони.
Пожалуйста.
Отель «Вествуд» располагался на окраине Лос-Анджелеса.
Никто даже не успел моргнуть, как я, не назвав себя, пронесся мимо конторки портье к лифту.
Остановился у номера 901 и толкнул дверь.
Она не была заперта, и я вошел в номер.
В своей жизни я никогда не видел так много крови.
Кровь была повсюду: на дешевом коврике на полу, в кресле, в котором она сидела, когда звонила мне, на белых простынях.
Она лежала на кровати, и лицо ее было такого же белого цвета, как и подушка под головой.
При моем приближении глаза ее приоткрылись.
Губы шевелились, но из них не вырвалось ни звука.
Я присел рядом.
– Не пытайся говорить, девочка.
Я пошлю за доктором.
Все будет хорошо.
Она закрыла глаза, а я направился к телефону.
Однако в звонке доктору не было никакого смысла.
Мой отец явно не обрадовался бы, если из-за меня наша фамилия снова попала бы на страницы газет.
Я позвонил адвокату Макаллистеру, который вел дела компании в Калифорнии.
Дворецкий позвал его к телефону.
Я постарался говорить спокойно:
– Мне срочно нужен доктор и карета скорой помощи.
Менее чем через секунду я понял, почему мой отец пользуется услугами Макаллистера.
Он не стал тратить время на бесполезные вопросы, а только поинтересовался: где, когда и кто.
И никаких почему.
Его голос прозвучал отчетливо:
– Доктор и скорая помощь будут там через десять минут.
А тебе я советую сейчас уйти.
Больше ты уже ничего сделать не сможешь.
Я поблагодарил его, опустил трубку и взглянул на кровать.
Глаза ее были закрыты, и казалось, что она спит.
Когда я направился к двери, она открыла глаза.
– Не уходи, Джони.
Я боюсь.
Я вернулся к кровати, сел рядом с ней и взял ее руку. При этом глаза ее снова закрылись.
Скорая помощь прибыла через десять минут, и она не отпускала мою руку, пока мы не приехали в больницу.
3.