Макс почувствовал, что краснеет.
Он неловко опустился на стул.
– Я думаю, мне пора уезжать.
Чарли обменялся с женой быстрыми взглядами.
– Почему? – спросил он. – Половина всего здесь принадлежит тебе, и ты не можешь так просто бросить все и уехать.
Сворачивая сигарету, Макс изучающе смотрел на Чарли.
– Мы здесь уже три месяца, и не будем дурачить друг друга.
Двоим здесь делать нечего.
Друзья улыбнулись. Макс был прав.
Хотя он и вложил свою долю в покупку ранчо, вместе им было тесновато.
– А если кто-нибудь узнает тебя, – спросила Марта. – Твои портреты висят в каждом участке по всему Юго-Западу.
Макс улыбнулся и снова потрогал щеки.
– Без бороды не узнают.
– Лучше бы тебе сменить имя, – сказал Чарли.
– Да, я тоже так думаю.
Настало время перемен.
Но он так и не придумал себе нового имени до того дня, когда под палящим солнцем Невады стоял перед старым Кордом и маленьким Джонасом.
Новое имя пришло на ум так быстро, как будто он носил его всю жизнь.
Смит.
Невада Смит.
Это было хорошее, ничего не говорящее имя.
Он смотрел на мальчика, испуганными глазами разглядывавшего черный револьвер в его руке.
Заметив этот взгляд, он убрал револьвер в кобуру и улыбнулся.
– Ну, малыш, ты слышал, что сказал папа?
Он вернулся к лошади, подвел ее к крыльцу и усадил мальчика в седло позади себя.
– А ты будешь жить здесь со своей лошадью? – услышал он из-за плеча голос мальчика.
– Да, я так думаю.
Подъехав к домику для прислуги, они спешились и вошли внутрь. Невада принялся раскладывать свои вещи и расстилать постель.
Обернувшись, он поймал на себе внимательный взгляд ребенка.
– Ты правда собираешься остаться? – спросил мальчик.
– Угу.
– Правда? – настаивал малыш. – Навсегда?
И никогда не уйдешь, как другие?
Как мама?
Что-то в глазах ребенка взволновало его.
Невада опустился перед мальчиком на колени.
– Я буду жить здесь столько, сколько ты захочешь.
Внезапно ребенок обхватил руками шею Невады и прижался щекой к его лицу.
Дыхание у него было мягкое и теплое.
– Я так рад, – сказал он, – ведь ты научишь меня ездить верхом.
Невада выпрямился, и мальчик прижался к его ногам.
Выйдя на улицу, Невада усадил ребенка в седло и хотел сесть сзади, но внезапно почувствовал, что револьвер мешает ему.
– Подожди минутку, – сказал он и вернулся в дом.
Там он отстегнул ремень с кобурой и повесил его на гвоздь над своей кроватью.
Больше он никогда не носил револьвер.
16.
Рина вышла из поезда на платформу, освещенную лучами полуденного солнца.
Высокий, одетый в униформу шофер подошел к ней и приложил руку к фуражке.
– Мисс Марлоу?
Рина кивнула.