— И все еще немного нравится, а? — так же шутливо сказал Герствуд.
— О, что вы! — воскликнул Друэ. — Просто я никак не мог от нее улизнуть.
— Долго пробудете в Чикаго? — спросил Герствуд.
— Всего несколько дней.
— Вы непременно должны пообедать со мной вместе с вашей девочкой, — сказал Герствуд.
— Сдается мне, что вы держите ее взаперти.
Я возьму ложу на Джо Джефферсона.
— О, я вовсе не намерен прятать ее! — ответил коммивояжер.
— Мы охотно поедем.
Герствуд остался чрезвычайно доволен.
Он ничуть не верил, что Друэ питает сильное чувство к Керри.
Он завидовал коммивояжеру, и теперь, при взгляде на хорошо одетого, веселого молодого человека, который так нравился ему, в глазах его вспыхнул огонь ревности.
Он начал мысленно критиковать Друэ: в нем ни мужского обаяния, ни ума!
Он стал видеть его недостатки.
Каково бы ни было его мнение о Друэ как о славном малом, он с некоторым пренебрежением смотрел на него как на любовника.
Его нетрудно будет убрать с пути, Герствуд был уверен.
Да ему достаточно было бы только намекнуть Керри на тот маленький случай, который произошел в четверг, и все было бы кончено!
Непринужденно болтая и от души смеясь, Герствуд не переставал думать об одном и том же, а Друэ ничего не замечал.
Ему не под силу было разгадать такого человека, как Герствуд.
С улыбкой принял он приглашение, меж тем как тот стоял и всматривался в него ястребиным взглядом.
А героиня этой запутанной комедии ни о ком из них и думать не думала.
Она приспосабливала свои мысли и чувства к новой обстановке и окружению и отнюдь не собиралась страдать из-за Друэ или Герствуда.
Однажды вечером Друэ застал ее перед зеркалом: она стояла и прихорашивалась.
— Ага! — шутливо воскликнул он, неожиданно входя.
— Я начинаю думать, что ты становишься кокеткой.
— Ничего подобного, — улыбнувшись, ответила Керри.
— Во всяком случае, ты чертовски хороша, — продолжал он, обнимая ее за талию.
— Надень синее платье и пойдем в театр.
— Ах, как жаль! Я обещала миссис Гейл пойти с ней на выставку, — сказала она виновато.
— Вот как, — рассеянно промолвил Друэ, словно что-то обдумывая.
— Меня лично выставка не интересует.
— Право, не знаю, как и быть, — нерешительно сказала Керри, вовсе не собираясь, однако, нарушить обещание в угоду Друэ.
В эту минуту в дверь постучали. Вошла служанка и подала Друэ запечатанный конверт.
— Посыльный говорит, ему приказано ждать ответа, — сказала горничная.
— От Герствуда, — сказал Друэ, тотчас узнав почерк приятеля. Он вскрыл конверт и принялся читать.
«Вы непременно должны пойти со мной сегодня в театр, — гласило письмо. — Играет Джо Джефферсон.
На сей раз приглашаю я, как мы условились.
Отказа не принимаю».
— Что ты скажешь на это? — без всяких задних мыслей спросил Друэ. С языка Керри уже готово было сорваться согласие.
— Ты лучше сам реши, Чарли, — все же сдержанно произнесла она.
— Я думаю, нам следовало бы пойти, если только ты сумеешь отказаться от приглашения миссис Гейл, — сказал Друэ.
— О, это можно будет устроить! — не задумываясь, решила Керри.
Друэ взял листок бумаги, чтобы написать ответ, а Керри немедленно пошла переодеваться.
Ей и самой не ясно было, почему она предпочла приглашение Герствуда.
— Как ты думаешь, сделать мне такую же прическу, как вчера? — спросила, возвращаясь в комнату, Керри; в руках она держала какие-то предметы туалета.
— Конечно, — отозвался Друэ.
Керри облегченно вздохнула при мысли, что он не сердится.
Она отнюдь не считала, что согласилась принять приглашение потому, что Герствуд ей нравится.
Просто провести вечер в обществе его и Друэ было самым приятным из всех вариантов, какие были предложены ей в тот день.
Она оделась и причесалась с особой тщательностью, и они вышли из дому, предварительно извинившись перед миссис Гейл.