? У Торнтона? ? спросил он. ? Да, я был у Торнтона.
? И что он сказал?
? Такому парню, как я, невозможно встретиться с хозяином.
Надсмотрщик приказал мне убираться ко всем чертям.
? Если бы вы встретились с мистером Торнтоном, ? сказал мистер Хейл, ? он, возможно, не дал бы вам работу, но он не стал бы разговаривать с вами на таком языке.
? Что касается языка, со мной все так говорят. Для меня это не имеет значения.
Я не пугаюсь, когда меня выгоняют.
Правда в том, что меня не желают видеть ни там, ни где-то еще, как я понял.
? Но если бы вы встретились с мистером Торнтоном, ? повторила Маргарет. ? Вы не сходите еще раз… слишком трудно просить, я знаю… Но, может, вы пойдете завтра и попросите его?
Я была бы рада, если бы вы пошли.
? Боюсь, что это будет бесполезно, ? сказал тихо мистер Хейл. ? Будет лучше, если я сам поговорю с ним.
Маргарет все еще смотрела на Хиггинса, ожидая ответа.
Ему было трудно сопротивляться ее печальному, нежному взгляду.
Он тяжело вздохнул.
? Мне придется прищемить хвост своей гордости. Если бы это было нужно мне, я бы продолжал голодать. Я бы скорее ударил его, чем попросил об одолжении.
Я бы скорее себя избил. Но вы ? необычная девушка, прошу прощения, и не держите свои мысли при себе.
Я сделаю постное лицо и так пойду завтра.
Не думаете же вы, что он даст мне работу.
Этот человек скорее сунет руку в огонь, чем уступит.
Я делаю это только ради вас, мисс Хейл, и впервые в своей жизни я уступаю женщине.
Ни моя жена, ни Бесс не осмеливались так со мной говорить.
? Все, что я могу сделать, это поблагодарить вас, ? сказала Маргарет, улыбаясь. ? Хотя я не верю вам: я полагаю, что вы уступали жене и дочери так же часто, как и большинство мужчин.
? А что касается мистера Торнтона, ? сказал мистер Хейл, ? я передам с вами записку для него, которая, я осмелюсь сказать, гарантирует, что вас выслушают.
? Я сердечно благодарен вам, сэр, но я буду ходить своими ногами.
Я не выношу, когда мне покровительствует тот, кто стоит в стороне от дела.
Вмешиваться в ссору между хозяином и рабочим все равно, что вмешиваться в ссору между мужем и женой, что бы там ни было. Нужно быть очень мудрым, чтобы сделать человеку добро.
Я встану на караул у двери сторожки.
И буду стоять там с шести утра пока не смогу поговорить с ним.
Но я бы охотнее подметал улицы, если бы нищие не хватались за такую работу.
Не надейтесь, мисс.
Скорей из камня потечет молоко.
Я желаю вам доброй ночи и благодарю вас.
? Вы найдете ваши ботинки у огня в кухне. Я поставила их сушиться, ? сказала Маргарет.
Он повернулся и пристально посмотрел на нее, а потом, утерев глаза худой рукой, вышел.
? Какой гордец этот человек! ? сказал мистер Хейл, которого немного встревожило то, как Хиггинс отклонил его ходатайство к мистеру Торнтону.
? Да, ? согласилась Маргарет, ? но гордость и делает его человеком, которого нельзя не уважать.
? Забавно видеть, как он уважает мистера Торнтона за то, что у того похожий характер.
? Во всех северянах есть твердость, папа, разве нет?
? Боюсь, бедному Баучеру ее недоставало, как недостает и его жене.
? Судя по их манере говорить, я могу предположить, что в них есть ирландская кровь.
Мне интересно, что у Николаса получится завтра.
Если он и мистер Торнтон переговорят, как мужчина с мужчиной…если Хиггинс забудет, что мистер Торнтон ? хозяин, и поговорит с ним так же, как с нами… И если мистер Торнтон будет достаточно терпелив, чтобы выслушать его по-человечески, а не как хозяин…
? Наконец ты отдаешь должное мистеру Торнтону, ? сказал мистер Хейл, ущипнув ее за ухо.
У Маргарет странно защемило сердце, и она ничего не смогла ответить.
«О! ? подумала она, ? если бы я была мужчиной, если бы я могла завтра пойти к нему, выслушать его упреки и честно сказать ему, что знаю, что заслужила их.
Как тяжело терять его, как друга, именно тогда, когда я начинаю ценить его!
Как нежно он относился к моей дорогой маме!
Если бы она еще была жива, я бы так хотела, чтобы он пришел, и тогда я наконец узнала бы, как низко пала в его глазах».
Глава XXXVIII Обещания исполнены
«Потом гордо, гордо она поднялась,