Миссис Хейл отвечала с усилием, ее мысли вертелись вокруг старинного кружева, украшавшего одежду миссис Торнтон. «Кружева, ? как она впоследствии заметила Диксон, ? старинные английские, их уже не делают лет семьдесят, и их уже не купить.
Это, должно быть, фамильная ценность, доставшаяся ей от предков».
Несомненно, владелица этих фамильных кружев была достойна чего-то большего, чем слабые попытки миссис Хейл угодить гостье и поддержать разговор.
Маргарет, судорожно искавшая тему для разговора с Фанни, слышала, как ее мать и миссис Торнтон погрузились в бесконечное обсуждение нравов и пороков прислуги.
? Я полагаю, вы не любите музыку, ? сказала Фанни, ? я не вижу у вас пианино.
? Я люблю слушать хорошую музыку, но сама умею играть не слишком хорошо. А папа и мама не очень любят музыку. Поэтому мы продали наше старое пианино, когда приехали сюда.
? Удивительно, как вы можете жить без него.
Оно мне кажется просто необходимым для жизни.
«Пятнадцать шиллингов в неделю, из которых три откладывались! ? подумала про себя Маргарет. ? Но она, должно быть, очень молода.
Она могла просто не помнить об этом.
Но она должна знать о том времени».
Когда Маргарет ответила, ее слова прозвучали довольно холодно:
? Полагаю, у вас здесь бывают хорошие концерты.
? О, да!
Великолепные!
Только там бывает слишком много народа, и это хуже всего.
Туда пускают всех без разбора.
И каждый уверен, что слышит там последние новинки.
На следующий день после концерта все бегут к Джонсону заказывать ноты.
? Вы любите новую музыку просто за ее новизну?
? О, каждый знает, что это модно в Лондоне, иначе певцы не исполняли бы эту музыку здесь.
Вы, конечно, бывали в Лондоне.
? Да, ? ответила Маргарет, ? я жила там несколько лет.
? О!
Лондон и Алхамбра ? вот два места, что я хочу посетить.
? Лондон и Алхамбра!
? Да, с тех пор, как я прочитала «Истории об Алхамбре».
Вы не читали их?
? Боюсь, что нет.
Но уверена, вы легко можете поехать в Лондон.
? Да, как-нибудь, ? сказала Фанни, понизив голос. ? Мама сама никогда не была в Лондоне и не может понять моего желания.
Она очень гордится Милтоном, этим грязным задымленным городом.
Кажется, именно грязь и дым ей и нравятся.
? Если миссис Торнтон прожила здесь несколько лет, я вполне могу понять ее любовь к этому городу, ? сказала Маргарет своим чистым звонким голосом.
? Что вы говорите обо мне, мисс Хейл?
Могу я поинтересоваться?
Маргарет не была готова ответить на этот вопрос, немного удививший ее, поэтому ответила мисс Торнтон:
? О, мама! Мы только пытались выяснить, за что ты так любишь Милтон.
? Благодарю, ? ответила миссис Торнтон. ? Но я не думаю, что моя естественная привязанность к этому месту, где я родилась и выросла, и где прожила несколько лет, требует каких то объяснений.
Маргарет была рассержена.
Из-за ответа Фанни могло показаться, будто они дерзко обсуждали чувства миссис Торнтон. Но Маргарет также возмутили бесцеремонные манеры старой дамы.
Миссис Торнтон продолжила после небольшой паузы:
? Вы знаете что-нибудь о Милтоне, мисс Хейл?
Вы видели какую-нибудь из наших фабрик? Наши великолепные склады?
? Нет! ? ответила Маргарет. ? Пока еще нет.
Ей показалось, что, скрывая свое полное безразличие к таким местам, она уклоняется от правды, и поэтому она продолжила:
? Конечно, папа взял бы меня посмотреть фабрики, если бы я интересовалась ими.
Но я, на самом деле, не нахожу удовольствия в изучении цехов и складов.
? Это очень любопытные места, ? заметила миссис Хейл, ? но там всегда так много шума и пыли.
Помню, однажды вышла в сиреневом шелковом платье поискать свечи, и мое платье было совершенно испорчено.