Мир промышленности и торговли, положением в котором так гордилась миссис Торнтон, разительно отличался от знакомого им мира Харли-стрит или мира деревенских священников и хэмпширских сквайров.
Но лицо Маргарет, несмотря на все ее старания сохранить невозмутимость, все рассказало наблюдательной миссис Торнтон.
? Я полагаю, вы никогда не слышали о моем замечательном сыне, мисс Хейл.
Вы думаете, я старая женщина, чьи суждения ограничены Милтоном, вы полагаете, что я ? самая белая ворона, какую вы только видели.
? Нет, ? сказала Маргарет с каким-то воодушевлением. ? Это правда, я не слышала имени мистера Торнтона до приезда в Милтон.
Но с тех пор, как я здесь, я слышала достаточно, чтобы уважать и восхищаться им, и знать, сколь справедливо все то, что вы сказали о нем.
? Кто вам говорил о нем? ? спросила миссис Торнтон, немного успокоившись, но все же ревнуя.
Маргарет замешкалась, прежде чем ответить.
Ей не понравился властный тон, которым был задан этот вопрос.
Мистер Хейл пришел к ней на помощь.
? Из того, что мистер Торнтон рассказал сам, мы могли судить о нем.
Разве нет, Маргарет?
Миссис Торнтон выпрямилась и сказала:
? Мой сын не из тех, кто рассказывает о своих заслугах.
Могу я вас спросить, мисс Хейл, с чьих слов у вас сложилось благоприятное мнение о нем?
Мать пытлива и жаждет услышать похвалу в адрес своих детей, знаете ли.
Маргарет ответила:
? По большей части из рассказа мистера Белла о прошлой жизни мистера Торнтона. Благодаря этому мы поняли, почему вы так гордитесь им.
? Мистер Белл!
Что он может знать о Джоне?
Этот ленивый профессор из сонного колледжа.
Но я обязана вам, мисс Хейл.
Многие молодые девушки отказались бы доставить старой женщине удовольствие и поведать, что о ее сыне хорошо отзываются.
? Почему? ? удивилась Маргарет.
? Почему? Потому что, я полагаю, у них могло бы сложиться представление, что так они заручаются поддержкой старой матери в случае, если имеют виды на ее сына.
Она улыбнулась мрачной улыбкой, она была довольна прямотой Маргарет и, возможно, чувствовала, что зашла слишком далеко в своих расспросах.
Но Маргарет в ответ рассмеялась так весело, что это резануло слух миссис Торнтон. Ей показалось, что девушка смеется над ее словами.
Маргарет тотчас же замолкла, увидев обеспокоенный взгляд миссис Торнтон.
? Прошу прощения, сударыня.
Но я действительно буду очень вам обязана, если вы позволите мне не претендовать на сердце мистера Торнтона.
? До сих пор все молодые леди претендовали на него, ? сказала миссис Торнтон сухо.
? Надеюсь, мисс Торнтон чувствует себя хорошо, ? вставил мистер Хейл, желая сменить тему разговора.
? Она чувствует себя как обычно.
Она не крепка здоровьем, ? кратко ответила миссис Торнтон.
? А мистер Торнтон?
Полагаю, я могу надеяться увидеть его в четверг?
? Я не могу отвечать за моего сына.
В городе в среде рабочих то и дело вспыхивают недовольства, грозящие забастовкой.
Если так, его опыт и добрый совет могут понадобиться его друзьям.
Но я думаю, он смог бы прийти в четверг.
Разумеется, он сообщит вам, если не сможет.
? Забастовка!? воскликнула Маргарет. ? Из-за чего?
Почему они собираются бастовать?
? Из-за зависти к чужой собственности и власти, ? ответила миссис Торнтон, презрительно фыркнув.
— Это всегда не дает им покоя.
Если рабочие моего сына начнут забастовку, я только скажу, что они ? свора неблагодарных негодяев.
Но я не сомневаюсь, что они забастуют.
? Я полагаю, они хотят больше зарабатывать? ? спросил мистер Хейл.
? Это только прикрытие.
Но на самом деле, им хочется быть хозяевами и превратить хозяев в рабов.