Соединили.
– Говорит Джейсон Компсон, – сказал он так хрипло и невнятно, что пришлось повторить. – Джейсон Компсон, – сказал он опять, совладав с голосом. – Готовьте полицейскую машину, через десять минут едем, с вами или с вашим помощником.
Я сейчас приеду… Что?.. Ограбление.
В моем доме.
Знаю кто… Ограбление, говорят вам.
Машину готовьте. Что?
А за что вам платят? Вы охраняете правопорядок… Да, через пять минут буду.
Приготовьте машину, едем сейчас же вдогон.
В противном случае подаю губернатору жалобу.
Он со стуком повесил трубку, прошел через столовую, мимо тарелок с почти не тронутой, уже остывшей едой, вошел в кухню.
Дилси наливала грелку кипятком.
Бен сидел незамутненный, безмятежный.
Рядом с ним зорко – ушки на макушке – поглядывал Ластер.
Он что-то ел.
Джейсон направился во двор.
– Вы же не завтракавши, – сказала Дилси.
Джейсон молча шел к двери. – Идите дозавтракайте, Джейсон. – Он вышел, хлопнув дверью.
Ластер встал, подошел к окну, выглянул.
– Ух ты! – сказал он. – Что у них там?
Он мис Квентину побил, да?
– Помалкивай знай, – сказала Дилси. – Только разбудоражь мне Бенджи, я тебя самого побью.
Сидите тут с ним тихо-мирно, пока не вернусь. – Навинтив крышечку на грелку, она вышла.
Им слышно было, как она подымалась по лестнице, как Джейсон провел машину мимо дома со двора.
И в кухне наступила тишина, только чайник сипел и часы тикали.
– А спорим, – сказал Ластер. – Спорим, он побил ее.
Спорим, он ей дал по голове и теперь за доктором поехал.
На что хочешь поспорю. – Часы потикивали многозначительно – словно это слышался бескровный пульс запустевающего дома; вот они зажужжали, прокашлялись и пробили шесть раз.
Бен поднял глаза к часам, посмотрел затем на круглый, как ядро, затылок Ластера в окне и опять закивал головой, заслюнил.
Хныкнул.
– Заткнись, придурок, – сказал Ластер не оборачиваясь. – А пожалуй, раз такое, ни в какую церковь нас сегодня не потащат. – Но, сидя обмякло на стуле, свесив вялые ручищи меж колен, Бен тихо постанывал.
Внезапно он заплакал – мычаньем неспешным, бессмысленным, долгим. – Тихо, – сказал Ластер.
Повернулся к Бену, замахнулся. – Хочешь, чтоб выпорол? – Но Бен глядел на него, при каждом выдохе протяжно мыча.
Ластер подошел, качнул его, прикрикнул: – Замолчи сейчас же!
На вот, смотри… – Поднял Бона со стула, подтащил стул к устью плиты, открыл дверцу, пихнул Бена обратно на стул – точно буксир, орудующий неуклюжей громадиной танкером в узком доке.
Бен сел, лицом к алому зеву.
Замолчал.
Опять слышны стали часы, затем медленная поступь Дилси на лестнице.
Она вошла, и Бен захныкал снова.
Потом громко замычал.
– Ты зачем обижал его? – сказала Дилси. – И без того сегодня, а тут ты еще.
– Не трогал я его нисколечко, – сказал Ластер. – Это мистер Джейсон его испугал, вот и ревет.
Что, он там не насмерть зашиб мис Квентину, а?
– Тш-ш-ш, Бенджи, – сказала Дилси.
Бен затих.
Дилси подошла к окну, глянула на двор. – Перестал, значит, дождь? – спросила.
– Да, мэм, – сказал Ластер. – Давно перестал.
– Тогда идите погуляйте от греха, – сказала Дилси. – Я сейчас только утихомирила мис Кэлайн.
– А в церковь как же – идти сегодня? – спросил Ластер.
– Потерпи – узнаешь.
Гуляй с ним подальше от дома, пока не кликну.