Вот мне так есть с чего реветь, а тебе не с чего.
На!
Зачем роняешь свою травку?
Сейчас еще о ней завоешь. – Отдал мне цветок. – Куда поперся?
На траве наши тени.
Идут к деревьям впереди нас.
Моя дошла первая.
Потом и мы дошли, и теней больше нет.
В бутылке там цветок.
Я свой цветок – туда тоже.
– Взрослый дылда, – говорит Ластер. – С травками в бутылочке играешься.
Вот помрет мис Кэлайн – знаешь, куда тебя денут?
Мистер Джейсон сказал, отвезут тебя куда положено, в Джексон.
Сиди себе там с другими психами, держись хоть весь день за решетки и слюни пускай.
Весело тебе будет.
Ластер ударил рукой по цветам, упали из бутылки.
– Вот так тебя в Джексоне, попробуешь только завыть там.
Я хочу поднять цветы.
Ластер поднял, и цветы ушли.
Я заплакал.
– Давай, – говорит Ластер, – реви!
Беда только, что нет причины.
Ладно, сейчас тебе будет причина.
Кэдди! – шепотом. – Кэдди!
Ну, реви же, Кэдди!
– Ластер! – сказала из кухни Дилси.
Цветы вернулись.
– Тихо! – говорит Ластер. – Вот тебе твои травки.
Смотри!
Опять все в точности как было.
Кончай!
– Ла-астер! – говорит Дилси.
– Да, мэм, – говорит Ластер. – Сейчас идем!
А все из-за тебя.
Вставай же. – Дернул меня за руку, я встал.
Мы пошли из деревьев.
Теней наших нет.
– Тихо! – говорит Ластер. – Все соседи смотрят.
Тихо!
– Веди его сюда, – говорит Дилси.
Сошла со ступенек.
– Что ты еще ему сделал? – говорит она.
– Я ничего ему не сделал, – говорит Ластер. – Он так просто, ни с чего.
– Нет уж, – говорит Дилси. – Что-нибудь да сделал.
Где вы с ним ходили?
– Да там, под деревьями, – говорит Ластер.
– До злобы довели Квентину, – говорит Дилси. – Зачем ты его водишь туда, где она?
Ведь знаешь, она не любит этого.
– Занята она больно, – говорит Ластер. – Небось Бенджи ей дядя, не мне.
– Ты, парень, брось нахальничать! – говорит Дилси.