– А что ты делаешь, когда развоется?
– Порю его, вот что я делаю, – говорит Ластер.
Сел, закатал штаны.
В воде играют дети.
– А шариков Бенджиных никто не находил? – говорит Ластер.
– Ты, парень, скверных слов не говори.
Узнает твоя бабушка – не поздоровится тебе.
Ластер вошел в ручей, где дети.
Ищет вдоль берега.
– Когда утром здесь ходили, монета еще была у меня, – говорит Ластер.
– Где ж ты ее посеял?
– Из кармана выпала, вот в эту дырку, – говорит Ластер.
Они ищут в ручье.
Потом все сразу разогнулись, стоят, с плеском кинулись, затолкались.
Ластер схватил, присели в воде, смотрят на гору через кусты.
– Где они? – говорит Ластер.
– Еще не видать.
Ластер положил его себе в карман.
Те спустились с горы.
– Тут мяч упал – не видели, ребята?
– Не иначе, в воду шлепнулся.
Вы не слышали?
– Тут ничего не шлепалось, – сказал Ластер. – Вон там об дерево стукнулось что-то.
А куда полетело, не знаю.
Смотрят в ручей.
– Черт.
Поищи-ка в ручье.
Он здесь упал.
Я видел.
Идут берегом, смотрят.
Пошли обратно на гору.
– А не у тебя ли мяч? – сказал тот мальчик.
– На что он мне сдался? – сказал Ластер. – Не видел я никакого мяча.
Мальчик вошел в ручей.
Пошел по воде.
Повернулся, опять смотрит на Ластера.
Пошел вниз по ручью.
Взрослый позвал с горы: «Кэдди!»
Мальчик вышел из воды и пошел на гору.
– Опять завел? – говорит Ластер. – Замолчи.
– С чего это он?
– А кто его знает с чего, – говорит Ластер. – Ни с чего.
Все утро воет.
С того, что сегодня его день рождения.
– А сколько ему?
– Тридцать три исполнилось, – говорит Ластер. – Ровно тридцать лет и три года.
– Скажи лучше – ровно тридцать лет, как ему три года.
– Что мне мэмми сказала, то и я вам, – говорит Ластер. – Я только знаю, что тридцать три свечки зажгут.
А тортик куцый.
Еле уместятся.