Какой абсурд!
– Отлично, мы тоже так не думаем.
Она несколько лет отсутствовала, отношения с дедом у нее были всегда самые дружеские.
Доход у нее солидный, дед, скорее всего, отнесся бы к вашей помолвке одобрительно, а возможно, сделал бы по поводу свадьбы еще какое-нибудь щедрое распоряжение.
Нет, она стоит вне подозрений.
Да и с чего бы нам ее подозревать?
Но ты можешь быть уверен в одном.
Если загадка не прояснится, девушка за тебя не выйдет.
Я сужу по тому, что ты мне о ней рассказывал.
Причем, заметь, преступление такого типа может остаться нераскрытым.
Допустим, мы убедимся, что между женой и молодым человеком существовал сговор, но это еще надо доказать.
Пока что даже нет оснований передать дело заместителю прокурора.
И если мы не добудем настоящих улик против жены, нехорошие подозрения всегда останутся.
Ты это понимаешь?
Да, я понимал.
– Почему бы тебе все это не объяснить твоей девушке? – продолжал уже спокойно отец.
– То есть спросить Софию, могу ли я?… – Я запнулся.
Старик энергично закивал:
– Вот-вот.
Я же не прошу тебя втираться туда и шпионить без ее ведома.
Послушаешь, что она тебе на это скажет.
Вот как получилось, что на следующий день я покатил со старшим инспектором Тавернером и сержантом Лэмом в Суинли Дин.
Проехав чуть подальше площадки для гольфа, мы очутились у въезда в поместье, где, как мне казалось, до войны красовались внушительного вида ворота.
Патриотизм или безжалостная реквизиция смели их долой.
Мы проехали по длинной извилистой аллее, обсаженной рододендронами, и оказались на гравийной площадке перед домом.
Дом являл собой невероятное зрелище!
Почему его назвали «Три фронтона»?
«Одиннадцать фронтонов» подошло бы ему гораздо больше!
Вид у него был какой-то странный, я бы сказал, перекошенный, и я быстро догадался – почему.
Построен он был как загородный коттедж, но коттедж, несоразмерно разбухший и поэтому утративший правильные пропорции.
Перед нами был типичный старинный дом, с косыми планками и выступающими фронтонами, но только страшно разросшийся.
Мы словно смотрели на загородный домик сквозь гигантское увеличительное стекло – скрюченный домишко, выросший, как гриб за ночь!
Мне кое-что стало яснее: дом воплощал представление грека-ресторатора о типично английском.
Он был задуман как дом англичанина. Но только размером с замок!
У меня промелькнула мысль – а как относилась к нему первая миссис Леонидис.
С ней, скорее всего, не советовались и чертежей не показывали.
Вероятнее всего, это был маленький сюрприз ее экзотического супруга.
Интересно, содрогнулась она при виде этого дома или улыбнулась?
Но жилось ей тут, во всяком случае, счастливо.
– Немного угнетает, правда? – произнес инспектор Тавернер. – Хозяин достраивал его постепенно и, по существу, сделал из него три самостоятельных дома – с кухнями и со всем прочим.
Внутри все на высшем уровне – как в роскошном отеле.
Из парадной двери вышла София.
Без шляпы, в зеленой блузке, в твидовой юбке.
Увидев меня, она остановилась как вкопанная.
– Ты? – воскликнула она.
– София, мне надо с тобой поговорить.
Куда бы нам пойти?
На миг мне показалось, что она сейчас откажется, но она сказала:
«Сюда», и мы пошли с ней через лужайку.
С площадки для гольфа номер один открывался дивный вид – поросший соснами склон холма и дальше – сельский ландшафт в неясной дымке.