7
– А теперь, – продолжал он, – пойдем перемолвимся с миссис Филип.
Магда Уэст – ее театральный псевдоним.
– Она хорошая актриса? – поинтересовался я. – Имя знакомое, как будто я видел ее в каких-то представлениях, но когда и где – не помню.
– Она из этих почти-звезд, – ответил Тавернер. – Выступала пару раз в главных ролях в Вест-энде, составила себе имя в театрах с постоянным репертуаром, много играет в небольших интеллектуальных театриках и воскресных клубах.
Мне думается, ей помешало отсутствие необходимости зарабатывать себе на жизнь.
Она имеет возможность проявлять разборчивость, переходить с места на место, порой она финансирует спектакли, в которых ее привлекает определенная роль, как правило, самая неподходящая.
В результате она очутилась скорее в любительском, чем в профессиональном классе.
Не думайте, она играет превосходно, особенно в комедиях, но директора не очень ее жалуют – по их мнению, слишком независима, да и склонна к интригам. Любит раздуть ссору, подлить масла в огонь.
Не знаю уж, насколько тут много правды, но, во всяком случае, среди своих коллег-актеров она не пользуется большой симпатией.
Из гостиной вышла София:
– Мама вас ждет, инспектор.
Я последовал за Тавернером в большую гостиную.
И не сразу узнал женщину, сидевшую на парчовом диванчике.
Золотисто-каштановые волосы башней вздымались вверх в стиле эпохи Эдуарда, элегантного покроя темно-серый костюм, бледно-сиреневая в узкую складочку блузка, застегнутая на горле небольшой камеей.
Только сейчас я заметил очарование вздернутого носика.
Она слегка напомнила мне Атену Сайлер, и невозможно было поверить, что это то же самое бурное существо в персиковом неглиже.
– Инспектор Тавернер? – произнесла она. – Входите и, прошу вас, садитесь.
Вы курите?
Какое ужасное событие.
Я пока никак не могу с ним свыкнуться.
Голос звучал тихо, ровно – голос человека, решившего во что бы то ни стало держать себя в руках.
– Скажите, пожалуйста, могу я чем-нибудь помочь?
– Спасибо, миссис Леонидис.
Где вы находились во время случившейся трагедии?
– Я, должно быть, как раз ехала сюда из Лондона.
Днем я завтракала с приятельницей в «Иве».
Затем мы поехали на показ мод.
Выпили с друзьями в Беркли, и я отправилась домой.
Тут я застала страшную суматоху.
Как оказалось, у моего свекра случился припадок, и он… умер. – Голос слегка дрогнул.
– Вы были привязаны к вашему свекру?
– Я его просто обо… – Голос зазвучал громче и пронзительнее.
София чуть поправила уголок картины Дега.
Голос Магды на несколько тонов упал. – Я очень любила его, – ответила она просто. – Мы все его любили.
Он был так… добр к нам.
– Как вы ладили с миссис Леонидис?
– Мы редко виделись с Брендой.
– Отчего?
– Ну, у нас мало общего.
Бедняжка Бренда.
Ей, вероятно, иногда приходилось нелегко.
София опять коснулась Дега.
– Да?
В каком отношении?
– Ну, не знаю. – Магда с грустной улыбкой покачала головой.
– Была ли миссис Леонидис счастлива с мужем?
– О да, я думаю, да.
– Ссоры бывали?
Опять улыбка и покачивание головой.