Глубоко сочувствую.
Дайте знать, когда смогу вас увидеть.
Чарльз».
Телеграмма от Софии застала меня в шесть часов в доме моего отца:
«Буду Марио девять.
София».
Перспектива встречи с Софией привела меня в нервное возбуждение.
Время ползло со сводящей с ума медлительностью.
В «Марио» я заявился на двадцать минут раньше назначенного часа.
София опоздала всего на пять минут.
Встреча с тем, кого не видел очень давно, но кто все время занимал твои мысли, всегда потрясение.
И когда наконец София показалась в вертящихся дверях, все дальнейшее приобрело нереальный характер.
Она была в черном, и это меня почему-то неприятно поразило.
Многие женщины вокруг были в черном, но я решил, что это траур, а я не ожидал, чтобы София вообще стала надевать траур даже ради близкого родственника.
Мы стоя выпили по коктейлю, потом отыскали свой столик.
Мы говорили быстро и лихорадочно, расспрашивая друг друга о прежних каирских знакомых.
Разговор был какой-то ненатуральный, но он помог нам преодолеть первоначальную неловкость.
Я выразил свои соболезнования по поводу смерти ее деда, София ответила спокойным тоном, что произошло это несколько неожиданно.
Затем мы опять пустились в воспоминания.
Меня охватило беспокойство – что-то идет не так, и дело совсем не в неловкости, которая вполне естественна после стольких лет разлуки.
Нет, определенно что-то неладное творилось с самой Софией.
Быть может, она собирается с духом и сейчас сообщит мне, что встретила другого, кто ближе ей, чем был я?
Что ее чувство ко мне «просто ошибка»?
И все-таки я почему-то сомневался, что причина в этом. Но в чем – я не знал.
А между тем наша натянутая беседа продолжалась.
И только когда официант, поставив на стол кофе, с поклоном отошел в сторону, все вдруг стало на свои места.
Вот снова София и я, мы сидим за столиком ресторана, как сиживали много раз.
Словно и не было всех этих лет разлуки.
– София! – сказал я.
Она сразу же откликнулась:
– Чарльз!
Я с облегчением вздохнул:
– Ну, слава богу.
Что на нас нашло?
– Наверное, это моя вина.
Я вела себя глупо.
– Но теперь все в порядке?
– Да, все в порядке.
Мы улыбнулись друг другу.
– Любовь моя! – сказал я.
И сразу же: – Когда ты выйдешь за меня замуж?
Улыбка ее погасла.
Нечто непонятное, не имеющее определения, вернулось назад.
– Сама не знаю, – ответила она. – Я не уверена, Чарльз, что вообще смогу выйти за тебя.
– Как, София?
Почему?
Я кажусь тебе чужим?
Тебе нужно время, чтобы опять ко мне привыкнуть?
Или же появился кто-то другой?
Нет… – оборвал я себя. – Я олух.