– Право, София, ты как-то… не знаю, что на тебя нашло.
– Просто я веду себя честно и не притворяюсь.
Ты, по твоим словам, можешь встать на ее точку зрения.
Ну а теперь встань на мою.
Мне не нравятся молодые женщины, которые сочиняют историю обманутой любви и, пользуясь этим, выходят замуж за очень богатого старика.
Я имею полное право не любить этот тип молодых женщин, и не существует ни малейших причин, почему я должна делать вид, что они мне нравятся.
И если бы эту историю изложить объективно на бумаге, то и тебе такая молодая особа не понравилась бы.
– А она сочинила историю? – Какую?
О ребенке?
Не знаю.
Я лично думаю, что да.
– И тебя возмущает, что деда твоего провели и он попался на эту историю?
– Ох нет, дед не попался, – засмеялась София. – Дедушку никто не мог провести.
Бренда ему была нужна.
Ему хотелось изобразить Кофетуа и жениться на нищенке.
Он отлично знал, что делает, и замысел его удался как нельзя лучше.
С точки зрения деда, его брак полностью оправдал себя – как и прочие его деловые операции.
– А идея нанять в качестве домашнего учителя Лоуренса Брауна тоже оправдала себя? – иронически осведомился я.
София сосредоточенно свела брови:
– Ты знаешь, я не уверена, что это не было сделано с умыслом.
Ему хотелось, чтобы Бренда была счастлива и не скучала.
Возможно, он догадывался, что драгоценности и платья – еще не все.
Он подозревал, что ей может не хватать чего-то нежно-романтического.
Возможно, по его расчетам, кто-то вроде Лоуренса Брауна, кто-то абсолютно, так сказать, ручной, и есть то, что надо.
Нежная дружба двух душ, окрашенная меланхолией, должна была помешать Бренде завести настоящий роман с кем-то на стороне.
Да, я не исключаю такого варианта, дед вполне был способен изобрести нечто в таком духе.
Он, должна тебе сказать, был дьявольски хитер.
– Судя по всему, да, – согласился я.
– Он, очевидно, не мог предвидеть, что это приведет к убийству… И именно поэтому, – София заговорила с неожиданной страстностью, – именно по этой причине я не думаю, как бы мне этого ни хотелось, что она пошла на убийство.
Если бы она задумала убить деда – или они замыслили это вместе с Лоуренсом, – дед знал бы об этом.
Тебе, наверное, кажется это надуманным…
– Признаюсь, да.
– Ты не был с ним знаком.
Уж он бы не стал способствовать собственной смерти!
Но таким образом – мы наталкиваемся на стену.
– Она напугана, София, – сказал я, – очень напугана.
– Старший инспектор Тавернер и его веселые молодцы?
Да, эти могут нагнать страху.
Лоуренс, я полагаю, в истерике?
– В самой натуральной.
Отвратительное зрелище.
Не понимаю, чем такой мужчина может понравиться женщине.
– Не понимаешь, Чарльз?
А между тем у Лоуренса есть свой мужской шарм. Я не поверил своим ушам:
– У этого хилого типа?
– Почему мужчины считают, что для противоположного пола привлекателен только пещерный человек?
У Лоуренса своя привлекательность, только тебе этого не понять. – Она бросила на меня пытливый взгляд. – Я вижу, Бренда глубоко запустила в тебя коготки.
– Не говори пустяков.
Она, в сущности, даже не хороша собой.
И вовсе она не…