Раньше он не мог себе этого позволить.
Он потерял кучу денег на «Иезавели».
– На Иезавели? – переспросил я.
– Да. Вы ее не видели?
– А-а, это пьеса?
Нет, не видел.
Я жил за границей.
– Она недолго шла.
Честно говоря, она полностью провалилась.
По-моему, маме абсолютно не подходит роль Иезавели, а вы как думаете?
Я подвел итог своим впечатлениям о Магде.
Ни в персикового цвета неглиже, ни в сшитом на заказ дорогом костюме она не вызывала ассоциации с Иезавелью, но я готов был поверить, что существуют и другие Магды, которых я еще не видел.
– Возможно, и не очень подходит, – осторожно ответил я.
– Дедушка с самого начала говорил, что пьеса провалится.
Он говорил, что не станет вкладывать деньги в постановку всяких исторических религиозных пьес.
Он говорил, что кассового успеха она иметь не будет.
Но мама ужасно была увлечена.
Мне-то пьеса, в общем, не очень понравилась.
Совсем не похоже на ту историю, которая в Библии.
У мамы Иезавель была совсем не такая скверная.
Горячая патриотка и даже симпатичная.
Скучища несусветная.
В конце, правда, все исправилось – ее выбросили из окна.
Но псов не было, и ее не сожрали.
Жалко, правда?
Мне как раз больше всего нравится место, где ее сжирают псы.
Мама говорит, что на сцену собак не выпустишь, а мне все-таки непонятно – почему.
Можно ведь взять дрессированных собак. – Жозефина с чувством продекламировала: – «…И не нашли от нее ничего, кроме кистей рук».
А отчего они не съели кисти рук?
– Понятия не имею.
– Кто бы подумал, что собаки так разборчивы.
Наши так совсем неразборчивы.
Едят все, что попало.
Жозефина еще несколько минут размышляла над этой библейской загадкой.
– Жалко, что пьеса провалилась, – заметил я.
– Да, мама жутко расстроилась.
Рецензии в газетах были просто кошмарные.
Когда она их прочитала, она стала плакать, плакала весь день и бросила поднос с завтраком в Гледис. Гледис отказалась от места.
Очень было весело.
– Я вижу, ты любишь драму, Жозефина, – заметил я.
– Вскрытие делали, – продолжала Жозефина, – чтобы узнать, из-за чего дедушка умер.
Для полиции это ЧП, но, по-моему, от этих букв только путаница. ЧП еще значит «член парламента», правда?
И еще «чистопородный поросенок», – добавила она задумчиво.
– Тебе жаль дедушку? – спросил я.
– Не особенно.
Я его не очень любила.
Он мне не позволил учиться на балерину.
– А тебе хотелось стать балериной?
– Да, и мама тоже хотела, чтобы я занималась, и папа был не против, но дедушка сказал, что из меня проку не будет.
Она соскочила с ручки кресла на пол, скинула туфли и попыталась встать на носки, или, как это говорится на профессиональном языке, – на пуанты.