Он был последним: Четыреста шестая камера пустовала, на нем обрывалась акустическая цепочка.
Плотно прижавшись глазом к очку, он барабанил ладонями по массивной двери.
Коридор тонул в электрическом мареве.
Он видел, как обычно, четыре камеры - от Четыреста первой до Четыреста седьмой.
Рокот нарастал.
Послышались шаги - шорох подошв о каменные плиты.
Внезапно показался Заячья Губа, у него мелко тряслась челюсть, как и на очной ставке у Глеткина; руки, скованные за спиной наручниками, неестественно вывернулись локтями в стороны.
Он не мог различить человеческого глаза, приникшего изнутри камеры к очку, и слепо обшаривал взглядом дверь, словно последняя надежда на спасение была у него связана с рубашовской камерой.
Потом прозвучал невнятный приказ, и замерший арестант шагнул вперед.
За ним появился высокий охранник с пистолетной кобурой на поясном ремне.
Через секунду и охранник и арестант скрылись.
Рокот оборвался, наступила тишина.
И сразу же послышался негромкий стук в стену у койки:
он вел себя достойно
С тех пор как Рубашов объявил, что сдается, Четыреста второй упорно молчал.
Сейчас он сам продолжил разговор.
вам осталось минут десять как ваши нервы
Было очевидно, что Четыреста второй пытается облегчить ему последние минуты.
В нем поднялась волна благодарности.
Он сел на койку и медленно простучал:
хочется чтобы все уже было кончено
уверен вы не станете праздновать труса, тотчас ответил Четыреста второй,
вы же чертовски мужественный парень... чертовски мужественный, повторил он - только для того, чтобы заполнить паузу,
его сажают а он расписывает груди что чаши с пенным шампанским ха ха вы чертовски мужественный парень.
Рубашов оглянулся на дверь и прислушался.
В коридоре было по-прежнему тихо.
Сосед, видимо, угадал его мысли:
не прислушивайтесь я скажу когда они появятся... чем бы вы занялись если б вас оправдали
Рубашов подумал и твердо ответил:
астрономией
ха ха, отстукал сосед,
я бы может тоже говорят на планетах тоже обитают живые существа разрешите дать вам один совет
конечно, с удивлением отозвался Рубашов.
только не обижайтесь совет солдата отлейте всегда лучше чтоб заранее дух силен плоть немощна ха ха
Рубашов усмехнулся и подошел к параше.
Потом сел на койку и отстукал:
большое спасибо прекрасная мысль а какие у вас перспективы на будущее
Четыреста второй отозвался не сразу.
Через несколько секунд он медленно ответил:
почти восемнадцать лет одиночки точнее шесть тыщ пятьсот тридцать дней.
Он помолчал и негромко добавил:
я завидую вам.
И - после паузы: хоть в петлю шесть тыщ пятьсот тридцать ночей без женщины
Рубашов задумался.
Потом отстукал:
вы можете читать можете заниматься
не те мозги, ответил поручик.
И вдруг торопливо застучал: идут
Рубашов медленно поднялся с койки, с секунду раздумывал и громко передал:
вы очень помогли мне спасибо за все