Этой женщине нельзя было лгать, и я не стал притворяться, будто не понимаю, о чем она говорит.
Я просто молчал.
— Почему вы должны позволить, чтобы он разводился с вами?
— Роберт Кэнтон противный старый ханжа.
Если я сама разведусь с Питером, он вряд ли согласится, чтобы Барбара вышла за него замуж.
А я — мне решительно все равно: одним разводом больше, одним меньше… — Она пожала точеными плечами.
— Почему вы думаете, что он хочет на ней жениться?
— Он по уши в нее влюблен.
— Он сам вам сказал?
— Нет.
Он даже не знает, что я все знаю.
Бедняжка безумно страдает.
Изо всех сил старается не причинить мне боль.
— Может быть, это мимолетное увлечение, — осмелился предположить я.
— И скоро все пройдет.
— Зачем ему проходить?
Барбара хорошенькая и очень милая.
Они прекрасная пара.
И потом, что толку, если б даже их любовь прошла?
Они любят друг друга сейчас, а в любви только это сейчас и важно.
Я старше Питера на девятнадцать лет.
Если мужчина разлюбил женщину, которой он годится в сыновья, неужели вы думаете, он снова ее когда-нибудь полюбит?
Ведь вы писатель, кому как не вам знать человеческую душу.
— Зачем вам эта жертва?
— Десять лет назад, когда он попросил меня стать его женой, я дала слово, что верну ему свободу, как только он этого захочет.
Понимаете, у нас такая огромная разница в возрасте, по-моему, это только справедливо.
— И вы хотите сдержать слово, которое он не просил вас давать?
Ее тонкие, хрупкие руки словно бы слегка вспорхнули, и в мрачном сверкании изумруда мне почудилось что-то недоброе.
— Ну конечно, я просто должна.
Ведь это слово чести.
Признаюсь вам, именно поэтому я сегодня здесь.
За этим столиком он сделал мне предложение; мы с ним обедали, и я сидела, как сижу сейчас.
Одно скверно: я люблю его так же сильно, как десять лет назад.
— Она помолчала, и я заметил, что она на миг сжала зубы.
— Ну что же, пожалуй, мне пора.
Питер не выносит, когда его заставляют ждать.
Она беспомощно смотрела на меня, и я вдруг осознал, что она просто не в силах заставить себя встать со стула.
Но вот она улыбнулась и легким движением вскочила на ноги.
— Могу я проводить вас?
— До выхода из отеля. — И она опять улыбнулась.
Мы прошли зал ресторана, холл, швейцар повернул перед ней вращающуюся дверь.
Я спросил, не хочет ли она поехать на такси.
— Нет, лучше пройдусь, день такой чудесный.
— Она протянула мне руку.
— Очень рада, что встретила вас.
Завтра я уезжаю за границу, но осень скорее всего проведу в Лондоне.
Обязательно мне позвоните.
Она кивнула, улыбнулась и вышла.
Я стоял и смотрел, как она идет по Дейвис-стрит.
Воздух был еще по-весеннему свежий и ласковый, над крышами домов по синему небу тихо плыли легкие белые облака.