Его глаза кричали:
«Неправда!
Они не учли Эркюля Пуаро».
Вслух же он сказал:
– А теперь, доктор, пойдемте и переговорим с вашим пациентом.
Глава 29
Уже поздно вечером Эркюль Пуаро постучал в дверь каюты.
Оттуда сказали:
«Войдите» – и он вошел.
Жаклин де Бельфор сидела на стуле, на другом стуле, у стены, расположилась крупная горничная.
Задумчиво окинув Пуаро взглядом, Жаклин указала на горничную:
– Можно она уйдет?
Пуаро утвердительно кивнул, и женщина вышла.
Пуаро потянул к себе стул и сел поближе к Жаклин.
Оба молчали.
У Пуаро был убитый вид.
Первой заговорила девушка.
– Вот все и кончено, – сказала она. – Куда нам против вас, месье Пуаро.
Пуаро вздохнул.
Он потерянно развел руками.
Какая-то немота нашла на него.
– Вообще говоря, – задумчиво глядя на него, сказала Жаклин, – я не вижу, чтобы у вас было много доказательств.
Вы, безусловно, правы, но если бы мы стали упираться…
– Только так и не иначе могло все это произойти, мадемуазель.
– Логически это все доказательно, но я не думаю, чтобы это убедило присяжных.
Ну, что теперь говорить!
Вы так навалились на Саймона, что он упал как сноп.
Бедняга совсем потерял голову и во всем признался. – Жаклин покачала головой. – Он не умеет проигрывать.
– Зато вы, мадемуазель, умеете.
Она вдруг залилась отчаянным, дерзким смехом.
– О да, я хорошо умею проигрывать. – Она подняла на него глаза и порывисто сказала: – Не расстраивайтесь из-за меня, месье Пуаро.
Ведь вы расстроены?
– Да, мадемуазель.
– А вам не хотелось меня простить?
Эркюль Пуаро тихо сказал:
– Нет.
Она согласно кивнула головой:
– Да, нельзя поддаваться чувству.
Я снова могу это сделать.
Я теперь опасный человек и сама это чувствую. – Она продолжала: – Это страшно легко – убить.
Перестаешь придавать этому значение… Думаешь только о себе.
А это опасно. – Помолчав, она усмехнулась. – Вы так старались помочь мне.
В тот вечер в Асуане вы сказали мне, чтобы я не располагала сердце ко злу.
Вы догадывались, что? было у меня на уме?
Он покачал головой:
– Я только сознавал, что говорю вам правильные вещи.
– Конечно, правильные.
Ведь я могла остановиться тогда, вы знаете.
И я почти остановилась… Я могла сказать Саймону, что не в силах это продолжать, но… тогда… – Она оборвала себя, потом сказала: – Хотите узнать все с самого начала?
– Если вам самой хочется рассказать, мадемуазель.