Жутковатый вид являли полоска воды, отделявшая их от берега, подступившие к самой ее кромке голые громады скал, кое-где видные развалины затопленных домов.
Печальной, дикой красотой веяло от этой картины. – Освобождаешься от людей.
– Только не от близких, мадемуазель?
Она пожала плечами.
После паузы продолжала:
– Есть в этой стране что-то такое, отчего я чувствую себя дрянью.
Все, что накипело на душе, тут лезет наружу.
Несправедливо все, нечестно.
– Я сомневаюсь.
У вас нет вещественных доказательств, чтобы так судить.
Та пробормотала:
– Посмотрите, какие у других матери… и какая у меня.
Нет бога, кроме секса, и Саломея Оттерборн – его пророк. – Она смолкла. – Зря я это сказала.
Пуаро протестующе воздел руки:
– Почему же не сказать – мне?
Мне многое приходится слышать.
Если, как вы говорите, у вас накипело, то пусть пена и подымается кверху, мы ее снимем ложкой – вот так! – Он выбросил вперед руку. – Было – и нет ничего.
– Удивительный вы человек! – сказала Розали.
Ее надутые губы сложились в улыбку.
Потом она воскликнула, напрягшись: – Смотрите, здесь миссис Дойл с мужем!
Я не знала, что они тоже плывут с нами.
У своей каюты, ближе к центру палубы, стояла Линит.
Следом вышел Саймон.
Пуаро поразился ее виду – сколько блеска, уверенности в себе!
Она буквально навязывала всем свое счастье.
Преобразился и Саймон Дойл.
Он улыбался во весь рот и радовался всему, как школьник.
– Грандиозно! – сказал он, ставя локти на поручень. – Я страшно надеюсь на эту поездку, а ты, Линит?
Такое чувство, словно мы с туристического маршрута ступили на нехоженую тропу.
Его жена с готовностью отозвалась:
– Я тебя понимаю.
Знаешь, у меня просто глаза разбегаются.
Она поймала его руку.
Он крепко прижал ее к себе.
– Мы избавились, Лин, – проронил он.
Пароход отчаливал.
Началось их недельное плавание до Второго порога и обратно.
Сзади серебряным колокольчиком рассыпался смех.
Линит быстро обернулась.
За ними стояла приятно озадаченная Жаклин де Бельфор.
– Привет, Линит!
Вот уж кого не ожидала увидеть!
Вы же вроде собирались задержаться в Асуане еще на десять дней.
Приятный сюрприз!
– Ты… а как же… – Язык не слушался Линит.
Она выдавила страдальчески-вежливую улыбку. – Я… тоже не ожидала увидеть тебя здесь.
– Вот как?
Жаклин отошла к другому борту.
Линит стиснула руку мужа:
– Саймон… Саймон… Дойл сразу утратил благостное умиление.