– Не могу, Линит.
У меня от всего голова идет кругом.
Я должна вернуться и рассказать Саймону.
Я сумасшедшая, знаю, но с этим ничего не поделаешь.
Даст бог, замужество меня излечит.
Оно вроде бы отрезвляюще действует на людей. – Она направилась к двери, но тут же кинулась напоследок обнять подругу. – Ты одна такая на всем свете, Линит.
Глава 6
Месье Гастон Блонден, владелец ресторанчика «У тетушки», отнюдь не баловал вниманием свою client?le.
Напрасно могли ждать, что их заметят и выделят из остальных богач и красавица, знаменитость и аристократ.
И уж совсем в исключительных случаях, являя особую милость, месье Блонден встречал гостя, провожал к придержанному столику и заводил уместный разговор.
Нынешним вечером месье Блонден почтил своим монаршим вниманием лишь троих – герцогиню, пэра-лошадника и комической внешности коротышку с длиннющими черными усами, который своим появлением «У тетушки», отметил бы поверхностный наблюдатель, едва ли делает одолжение ресторану.
А месье Блонден был сама любезность.
Хотя последние полчаса посетителей заверили, что ни единого свободного столика не имеется, тут и столик таинственным образом объявился, причем в удобнейшем месте.
И месье Блонден самолично, с подчеркнутой empressement провел к нему гостя.
– Само собой разумеется, месье Пуаро, для вас всегда найдется столик.
Как бы мне хотелось, чтобы вы почаще оказывали нам эту честь.
Эркюль Пуаро улыбнулся, вспомнив давний инцидент с участием мертвого тела, официанта, самого месье Блондена и очень привлекательной дамы.
– Вы очень любезны, месье Блонден, – сказал он.
– Вы один, месье Пуаро?
– Да, один.
– Не беда, Жюль попотчует вас не обедом, а настоящей поэмой.
Как ни очаровательны дамы, за ними есть один грешок: они отвлекают от еды!
Вы получите удовольствие от обеда, месье Пуаро, я вам это обещаю.
Итак, какое вино… С подоспевшим Жюлем разговор принял специальный характер.
Еще задержавшись, месье Блонден спросил, понизив голос:
– Есть какие-нибудь серьезные дела?
Пуаро покачал головой.
– Увы, я теперь лентяй, – сказал он с грустью. – В свое время я сделал кое-какие сбережения, и мне по средствам вести праздную жизнь.
– Завидую вам.
– Что вы, завидовать мне неразумно.
Уверяю вас, это только звучит хорошо: праздность. – Он вздохнул. – Правду говорят, что человек вынужден занимать себя работой, чтобы не думать.
Месье Блонден воздел руки:
– Но есть же масса другого!
Есть путешествия!
– Да, есть путешествия.
Я уже отдал им немалую дань.
Этой зимой, вероятно, посещу Египет.
Климат, говорят, восхитительный.
Сбежать от туманов, пасмурного неба и однообразного бесконечного дождя.
– Египет… – вздохнул месье Блонден.
– Туда, по-моему, теперь можно добраться поездом, а не морем, если не считать паром через Ла-Манш.
– Море – вы плохо переносите его?
Эркюль Пуаро кивнул и чуть передернулся.
– Так же я, – сочувственно сказал месье Блонден. – Занятно, что это так действует на желудок.
– Но не на всякий желудок.
Есть люди, на которых движение совершенно не оказывает действия.
Оно им даже в удовольствие.
– Не поровну милость божья, – сказал месье Блонден.
Он печально помотал головой и с этой греховной мыслью удалился.
Неслышные расторопные официанты накрывали столик.