Ее лицо выражало страдание.
– Как это ужасно, – сказала она, опускаясь на стул, предложенный Пуаро. – Я не в силах этому поверить.
Такое прелестное создание, жить бы да радоваться – и погибла.
Просто не могу поверить.
– Я представляю, что вы чувствуете, мадам, – отозвался Пуаро.
– Как хорошо, что вы тут, – сказала миссис Аллертон. – Уж вы-то найдете, кто это сделал.
И хорошо, что эта несчастная не виновата.
– Вы имеете в виду мадемуазель де Бельфор?
Кто вам это сказал?
– Корнелия Робсон, – ответила миссис Аллертон, чуть заметно улыбнувшись. – Вся эта история вскружила ей голову.
Похоже, ничего более увлекательного в ее жизни не было – и не будет.
Но она прелесть – стыдится своего возбуждения.
Считает, что это дурно. – Миссис Аллертон перевела взгляд на Пуаро и добавила: – Что же я несу вздор, у вас ведь ко мне вопросы.
– С вашего позволения.
Вы легли спать в какое время, мадам?
– В половине одиннадцатого.
– И скоро заснули?
– Сразу.
Я очень хотела спать.
– А вы ничего не слышали – хотя бы что-нибудь – ночью?
Миссис Аллертон наморщила лоб:
– Да, мне кажется, я слышала всплеск и как кто-то пробежал. Или наоборот?
Трудно сказать.
Мне представилось – приснилось, что ли, – будто кто-то упал за борт, в море, я проснулась и послушала, но все было тихо.
– В какое время это было – не знаете?
– Боюсь, что нет.
Но не думаю, что я долго спала.
Что-нибудь час – не больше.
– Увы, это далеко от точности, мадам.
– Да, конечно, но зачем гадать, если я просто не знаю?
– Это все, что вы можете нам сказать, мадам?
– Боюсь, что да.
– Вы прежде знали мадам Дойл?
– Нет, Тим был с ней знаком.
Еще я много слышала о ней от нашей кузины Джоанны Саутвуд, а познакомились мы только в Асуане.
– Если позволите, мадам, у меня еще один вопрос.
Еле заметно улыбнувшись, миссис Аллертон тихо обронила:
– С удовольствием отвечу на нескромный вопрос.
– Вопрос вот какой: не потерпели вы сами либо ваша семья урона от финансовых операций отца мадам Дойл, Мелиша Риджуэя?
На лице миссис Аллертон выразилось крайнее изумление.
– Нет, что вы!
Наши финансы тают – это да… падают проценты от вложений.
А чтобы драматически впасть в бедность – этого не было.
Муж мало оставил, но сколько оставил – столько и остается, хотя, конечно, это уже не те деньги, что прежде.
– Благодарю вас, мадам.
Вы не попросите сына спуститься к нам?
Вернувшуюся мать Тим спросил беспечно:
– Отмучилась?
Теперь моя очередь.
Что хоть они спрашивают?