Бр-р!
Как это на нее никто еще не поднял руку?
– Это никогда не поздно, – успокоил его Пуаро.
– Тут был бы хоть какой-то смысл.
Кто у нас остался?
Пеннингтон – его прибережем на закуску, я считаю.
Рикетти, Фергюсон.
Синьор Рикетти был говорлив и возбужден.
– Какой ужас, какая низость – такая молодая, такая красивая – поистине бесчеловечное преступление!
Синьор Рикетти выразительно вздымал руки.
Он без запинки ответил на все вопросы.
Он лег рано – очень рано.
Фактически сразу после ужина.
Немного почитал – очень интересная, совсем свежая брошюра «Prahistorische Forschung in Kleinasien», бросает совершенно новый свет на гончарное дело в Анатолийских предгорьях.
Не было одиннадцати, когда он выключил свет.
Нет, выстрела он не слышал.
И звука хлопнувшей пробки – тоже.
Единственное, что он слышал, но это позже, глубокой ночью, – он слышал всплеск, большой всплеск – прямо у него под иллюминатором.
– Ваша каюта на нижней палубе по правому борту – так?
– Да-да.
Большой такой всплеск. – Он показал руками.
– Вы можете сказать, в какое время это было?
Синьор Рикетти задумался.
– Я уже спал – час, два, три?
Наверное, два часа я спал.
– Минут десять второго подойдет?
– Да, очень может быть.
Ах, какое ужасное преступление – какое бесчеловечное… Такая очаровательная женщина…
Размахивая руками, синьор Рикетти ушел.
Рейс взглянул на Пуаро.
Тот выразительно поднял брови, пожал плечами.
Перешли к следующему: мистер Фергюсон.
С ним, нахально развалившимся в кресле, было нелегко.
– Шуму-то! – ухмыльнулся он. – А что, собственно, произошло?
Баба с возу…
Рейс холодно сказал:
– Нельзя ли получить отчет о ваших действиях вчера вечером, мистер Фергюсон?
– Не считаю нужным отчитываться перед вами, но – извольте.
Убивал время.
Ходил на берег с мисс Робсон.
Когда она вернулась на пароход, убивал время в одиночестве.
Потом вернулся к себе и около полуночи улегся.
– Ваша каюта на нижней палубе по правому борту?
– Да.
До чистой публики не поднялся.
– Вы слышали выстрел?
Он мог прозвучать как хлопнувшая пробка.
Фергюсон задумался.
– Что-то такое слышал… Не вспомню – когда, но я еще не спал.
Вообще наверху еще толокся народ, бегали по палубе.