— Чувства у них явно были низменные.
Они так кричали, что я, не выходя из своей комнаты, могла слышать каждое слово.
Между прочим, ты на самом деле был намерен так поступить?
Имхотеп смущенно заерзал в кресле.
— Я пребывал в гневе, когда писал, я имел основания сердиться.
Моих сыновей следовало проучить.
— Другими словами, — сказала Иза, — ты просто решил их попугать.
Так?
— Дорогая Иза, какое это имеет значение сейчас?
— Ясно, — сказала Иза.
— Ты, как обычно, сам не знал, что делаешь.
И не подумал о том, чем это может кончиться.
— Я хочу сказать, что сейчас все это не имеет никакого значения, — с трудом подавил раздражение Имхотеп.
— Меня интересуют обстоятельства смерти Нофрет.
Если мне предстоит заподозрить, что один из членов моей семьи может быть столь безответствен и невоздержан в чувствах, что намеренно совершил убийство, то я.., я просто не знаю, как мне поступить.
— Вот, выходит, и удачно, — заметила Иза, — что все они рассказывают одно и то же.
Никто ни на что не намекает?
— Нет.
— Тогда почему не считать происшедшее несчастным случаем?
Тебе следовало взять девушку с собой в Северные Земли.
Я ведь тебе тогда так и советовала.
— Значит, ты допускаешь…
— Я допускаю только то, что мне говорят, если это не противоречит тому, что я видела собственными глазами, — а нынче я вижу очень плохо, — или слышала собственными ушами.
Ты, наверное, расспрашивал Хенет?
Что она тебе сказала?
— Что она очень огорчена, страшно огорчена.
За меня.
Иза подняла брови.
— Вот как?
Ты меня удивляешь.
— У Хенет, — продолжал Имхотеп, — очень доброе сердце.
— Совершенно верно.
И чересчур болтливый язык.
Но если огорчение за тебя — это единственное, о чем она тебе сообщила, то происшедшее определенно можно считать несчастным случаем.
Есть много других дел, которыми тебе предстоит заняться.
— Разумеется.
— Имхотеп встал. Теперь он снова был преисполнен спеси и самоуверенности.
— Яхмос ждет меня в зале с делами, которые требуют моего немедленного вмешательства.
Кроме того, следует обсудить решения, которые были приняты без меня.
Как ты всегда говоришь, горе, посетившее человека, не должно мешать главным в его жизни занятиям.
И он поспешил к дверям.
Иза иронически улыбнулась, потом ее лицо снова стало мрачным.
Она покачала головой и тяжело вздохнула.
2
Яхмос вместе с Камени ждал отца.
Хори, доложил Яхмос отцу, с самого начала неукоснительно следил за подготовкой к погребению — прежде всего за работой бальзамировщиков и изготовителей саркофага.
После получения известия о смерти Нофрет Имхотепу потребовалось несколько недель, чтобы добраться до дому, и за это время все было готово к погребению.
Тело долго пролежало в крепком соляном растворе, затем, высушив его, постарались восстановить прежний внешний облик покойной, натерли труп душистыми маслами и травами, обмотали, как полагалось, полотняными пеленами и поместили в саркофаг.
Яхмос сказал, что выбрал для погребения небольшую нишу в скале, в которую потом положат и тело Имхотепа.
Он подробно доложил о всех своих распоряжениях, и Имхотеп одобрил их.