— А то уж я подумала… Я сама не знаю, что я подумала.
Глава 2 Третий месяц Разлива, 4-й день 1
Сатипи, по своему обыкновению громогласно, на весь дом наставляла Яхмоса:
— Ты должен отстаивать свои права.
Сколько раз я тебе говорила, с тобой никто не будет считаться, если ты не можешь постоять за себя.
Твой отец велит тебе делать то одно, то совершенно другое, а потом спрашивает, почему ты не выполнил его приказаний.
Ты же покорно выслушиваешь его и просишь прощения за то, что не выполнил того, что он велел, хотя, богам известно, понять, чего он хочет, невозможно.
Твой отец относится к тебе, как к безответственному мальчишке!
Словно тебе столько же лет, сколько Ипи.
— Мой отец никогда не относится ко мне, как к Ипи, — тихо возразил Яхмос.
— Разумеется, нет, — с удвоенной яростью переключилась на новую тему Сатипи.
— Его безрассудная любовь совсем испортила этого баловня.
С каждым днем Ипи наглеет все больше и больше.
Слоняется без дела, а стоит дать ему поручение, заявляет, что оно ему не по силам.
Безобразие!
И все потому, что знает — отец ему потворствует и всегда будет на его стороне.
Вам с Себеком следует воспрепятствовать этому.
— Что толку? — пожал плечами Яхмос.
— От тебя с ума можно сойти, Яхмос, всегда ты так.
Никакой твердости характера, словно ты не мужчина.
Что бы твой отец ни говорил, ты сразу соглашаешься!
— Я очень уважаю отца.
— Правильно, и он этим пользуется.
Ты же покорно выслушиваешь его обвинения и просишь прощения за то, в чем вовсе не виноват!
Ты должен, когда надо, возражать ему, как это делает Себек.
Себек никого не боится.
— Да, но вспомни, Сатипи, что мне, а не Себеку отец доверяет вести хозяйство.
Отец не полагается на Себека.
Дела решаю я, а не Себек.
— Именно поэтому отцу давно пора сделать тебя совладельцем!
Когда он уезжает, ты заменяешь его во всем, даже совершаешь жреческие обряды. Все делаешь ты, и тем не менее никто не считает тебя полноправным хозяином.
Этому надо положить конец.
Тебе уже немало лет, а на тебя до сих пор смотрят как на мальчишку.
— Отец предпочитает быть единовластным владетелем, — с сомнением в голосе возразил Яхмос.
— Именно.
Ему доставляет удовольствие, что все в этом доме зависят от него и от его прихотей.
От этого нам и так нелегко, а будет еще хуже.
На сей раз, когда он приедет, ты должен поговорить с ним самым решительным образом. Скажи ему, что требуешь узаконить твое положение и записать это на папирусе.
— Он не будет слушать.
— Заставь его слушать.
О, если бы я была мужчиной!
Будь я на твоем месте, я бы знала, как поступить!
Порой мне кажется, что мой муж не человек, а слизняк.
Яхмос вспыхнул.
— Ладно, посмотрим, что можно сделать. Быть может, на этот раз мне удастся поговорить с отцом, попросить его…
— Не попросить, а потребовать!
В конце концов, ты его правая рука.
Только на тебя он может положиться в свое отсутствие.
Себек чересчур необуздан, твой отец ему не доверяет, а Ипи слишком молод.
— Есть еще Хори.