– Совершенно верно, месье.
Из Персии.
– Вы и ваш сын много путешествовали по местам, где отсутствует цивилизация?
– Прошу прощения?
– Вы путешествовали по отдаленным уголкам мира?
– О да.
– Вам приходилось встречаться с людьми, которые смазывают кончики своих стрел змеиным ядом?
Этот вопрос требовал перевода, и, поняв его суть, месье Дюпон энергично затряс головой.
– Никогда… никогда ни с чем подобным я не сталкивался.
После него суд заслушал его сына, который практически повторил показания отца.
Он ничего не заметил.
По его мнению, женщина могла умереть от укуса осы, поскольку это насекомое докучало и ему, пока он не убил его.
Дюпоны были последними свидетелями.
Откашлявшись, коронер обратился к жюри присяжных.
Это, сказал он, вне всякого сомнения, самое поразительное и невероятное дело, с каким ему когда-либо приходилось иметь дело в суде.
В воздухе, в небольшом замкнутом пространстве, убита женщина – вероятность самоубийства или несчастного случая исключалась.
Не было никаких сомнений в том, что преступление совершил кто-то из пассажиров заднего салона самолета. То есть убийца находился среди свидетелей, которых они только что заслушали.
Характер убийства был беспримерным по своей дерзости.
На виду у десяти – или двенадцати, если считать стюардов – свидетелей убийца поднес к губам духовую трубку, послал роковой дротик в смертоносный полет, и никто этого не видел.
Это казалось совершенно невероятным, но факт оставался фактом, который подтверждали обнаруженные дротик, духовая трубка и след укола на шее покойной, явившегося причиной смерти.
В отсутствие других улик, свидетельствовавших против какого-либо конкретного лица, он может лишь просить присяжных вынести вердикт в отношении неизвестного лица.
Все присутствующие отрицали знакомство с покойной женщиной.
Полиции предстояло выявить возможные связи.
В отсутствие мотива преступления он мог лишь посоветовать присяжным вынести тот самый вердикт, о котором только что говорил.
Член жюри присяжных с квадратным лицом и подозрительным взглядом подался вперед, тяжело дыша.
– Могу я задать вопрос, сэр? – Конечно.
– Вы сказали, что духовая трубка была обнаружена за подушкой одного из кресел.
Какого именно кресла?
Коронер сверился со своими записями.
Сержант Уилсон приблизился к нему и произнес вполголоса:
– Кресло номер девять. Его занимал Эркюль Пуаро.
Осмелюсь заметить, месье Пуаро является известным и уважаемым частным детективом, который неоднократно сотрудничал со Скотленд-Ярдом.
Член жюри присяжных перевел взгляд на месье Эркюля Пуаро, и его квадратное лицо не выразило никакого удовольствия при виде маленького бельгийца с длинными усами.
«Нельзя доверять иностранцам, даже если они находятся в хороших отношениях с полицией», – говорили его глаза.
Вслух он сказал:
– Это тот самый месье Пуаро, который обнаружил шип, не так ли?
– Да.
Присяжные удалились.
Через пять минут они вернулись, и председатель протянул коронеру лист бумаги.
– Что это?.. – Тот нахмурился. – Ерунда.
Я не могу принять такой вердикт.
Спустя несколько минут ему был вручен исправленный вердикт, который гласил:
«Мы считаем, что покойная умерла в результате воздействия яда. Свидетельства относительно причастности к ее убийству кого бы то ни было недостаточны».
Глава 5. После следствия
Когда Джейн вышла из зала суда после оглашения вердикта, она увидела, что рядом идет Норман Гейл.
– Интересно, каков был первый вердикт, который так не понравился коронеру? – произнес он.
– Думаю, я могу удовлетворить ваше любопытство, – раздался голос сзади.
Обернувшись, Джейн и Гейл увидели искрящиеся глаза Эркюля Пуаро.
– Согласно этому вердикту, в умышленном убийстве обвинялся я, – сказал маленький бельгиец.
– Не может быть! – воскликнула Джейн.