Открывший дверь пожилой консьерж с мрачным видом поприветствовал Фурнье.
– Опять полиция!
Сплошные неприятности… В конце концов это испортит дому репутацию.
Он повернулся и пошел в глубь дома, продолжая ворчать.
– Пойдемте в офис мадам Жизель, – сказал Фурнье. – Он находится на втором этаже.
Достав из кармана ключ, он объяснил, что французская полиция на всякий случай опечатала дверь в ожидании результатов расследования в Англии.
– Боюсь, мы не найдем здесь ничего полезного для нас.
Он снял печати, отпер дверь, и детективы во-шли внутрь.
Офис мадам Жизель представлял собой маленькую, тесную комнату, в которой располагались стоявший в углу несколько старомодный сейф, письменный стол и несколько стульев с потертой обшивкой.
Единственное окно было грязным и производило впечатление, будто его никогда не открывали.
Оглядевшись, Фурнье пожал плечами.
– Видите? – сказал он. – Ничего.
Абсолютно ничего.
Пуаро подошел к столу, сел за него, провел рукой по деревянной крышке и ее нижней поверхности, после чего взглянул на Фурнье.
– Здесь имеется звонок, – сказал он.
– Да, он проведен вниз, к консьержу.
– Весьма разумная мера предосторожности.
Клиенты мадам наверняка приходили порой в буйное состояние.
Он открыл один ящик стола, затем другой.
Они содержали канцелярские принадлежности – календарь, ручки, карандаши, – но никаких документов или личных вещей.
Пуаро бегло просмотрел содержимое ящиков.
– Не буду обижать вас, друг мой, тщательным обыском.
Если б здесь что-то было, вы, я уверен, обязательно нашли бы.
Он бросил взгляд на сейф.
– Похоже, не самое надежное хранилище…
– Немного устарел, – согласился Фурнье.
– Он был пуст?
– Да.
Эта проклятая горничная все уничтожила.
– Ах да, горничная… Доверенное лицо.
Мы должны поговорить с ней.
Эта комната, как вы сказали, ничего нам не даст.
Очень интересно, не находите?
– Что вы имеете в виду, месье Пуаро? Что находите интересным?
– Я имею в виду, что эта комната выглядит совершенно безличной… И нахожу это интересным.
– Едва ли она была сентиментальна, – сухо произнес Фурнье.
Пуаро поднялся со стула.
– Пойдемте, поговорим с этой в высшей степени преданной горничной.
Элиза Грандье была невысокой полной женщиной среднего возраста с румяным лицом и маленькими проницательными глазками, которые она быстро переводила с Фурнье на его спутника и обратно.
– Присядьте, мадемуазель Грандье, – предложил ей Фурнье.
– Благодарю вас, месье. – Она села с невозмутимым видом.
– Месье Пуаро и я вернулись сегодня из Лондона.
Вчера началось расследование по делу о смерти мадам.
Нет никаких сомнений в том, что мадам была отравлена.
Горничная грустно покачала головой.
– То, что вы говорите, ужасно, месье.
Мадам отравили?
Кому такое могло прийти в голову?
– Именно это вы, вероятно, и сможете помочь нам выяснить, мадемуазель.
– Разумеется, месье. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь полиции.