Выполняя работу, человек зарабатывает деньги, а заботясь о женщине, он тратит их – стало быть, второе гораздо более благородно, чем первое.
Джейн рассмеялась.
– Ну ладно, – сказала она. – Я предпочла бы, чтобы ко мне относились как к предмету роскоши, а не как к объекту Первой Обязанности.
Чтобы мужчина испытывал удовольствие, заботясь обо мне, а не чувствовал, что исполняет обязанность.
– Я уверен, ни один мужчина не чувствовал бы, что исполняет обязанность, заботясь о вас.
Молодой человек произнес эти слова настолько серьезно, что Джейн слегка покраснела.
– До этого я был в Англии лишь однажды, – продолжал он, – и мне было чрезвычайно интересно наблюдать во время… судебного следствия, так, кажется, это называется? – за тремя молодыми очаровательными женщинами, столь разными, столь не похожими друг на друга.
– И что вы о нас думали? – поинтересовалась Джейн, не скрывая любопытства.
– Если говорить о леди Хорбери, женщины этого типа мне хорошо известны – чрезвычайно экстравагантные и очень, очень дорогие. Такую женщину можно увидеть сидящей за столом, где играют в баккара – с жестким выражением на лице с мягкими чертами, – и вы можете легко представить, как она будет выглядеть, скажем, лет через пятнадцать.
Она живет острыми ощущениями, азартом, возможно, наркотиками… Au fond[29] она не представляет интереса.
– А мисс Керр?
– О, это истинная англичанка.
Она относится к тому типу, представительницы которого пользуются абсолютным доверием лавочников с Ривьеры.
Ее одежда прекрасно скроена, но напоминает мужскую.
Она шествует с таким видом, будто ей принадлежит весь мир. В ней нет никакого самодовольства – просто она англичанка.
Она знает, из какой области Англии приехали те или иные люди.
В самом деле. Я сталкивался с такими в Египте.
«Что?
А эти здесь?
Те, что из Йоркшира?
А эти из Шропшира».
Он смешно передразнил протяжное произношение, свойственное аристократам. Джейн рассмеялась от души.
– А теперь моя очередь, – сказала она.
– А теперь ваша очередь.
Я говорил себе:
«Как было бы здорово увидеть ее однажды еще раз…» И вот мы с вами сидим за одним столом.
Иногда Божий промысел оказывается чрезвычайно удачным.
– Вы ведь археолог, не так ли? Занимаетесь раскопками? – спросила Джейн.
Она с интересом выслушала рассказ Жана Дюпона о его работе и, когда он замолчал, сказала со вздохом:
– Вы побывали в стольких странах, так много всего видели… Как это замечательно!
А я уже никуда не поеду и ничего не увижу.
– Если вы будете вести подобную жизнь – ездить за границу, посещать отдаленные уголки мира, – у вас не будет возможности завивать волосы.
– Они у меня вьются сами собой, – со смехом сказала Джейн.
Взглянув на часы, она подозвала официанта, чтобы оплатить счет.
– Мадемуазель, – произнес Жан Дюпон, заметно смущаясь, – завтра я возвращаюсь во Францию, как уже говорил. Не согласились бы вы поужинать со мной сегодня вечером?
– К сожалению, это невозможно.
Я уже приглашена сегодня на ужин.
– Ах, какая жалость… Вы не собираетесь в ближайшее время опять в Париж?
– Да вроде нет.
– И я не знаю, когда в следующий раз приеду в Лондон!
Разве это не печально?
Молодой археолог взял Джейн за руку.
– Я все же очень надеюсь встретиться с вами снова, – сказал он, и его слова прозвучали вполне искренне.
Глава 14. На Масуэлл-Хилл
В то самое время, когда Джейн покидала заведение Антуана, Норман Гейл занимался с очередной пациенткой.
– Потерпите немного… Если будет слишком больно, сразу говорите.
Бормашина вновь зажужжала в его умелых руках.
– Ну вот и всё. Раствор готов, мисс Росс?
Стоявшая рядом с креслом у столика ассистентка кивнула.
– Так, давайте подумаем, когда вы сможете прийти в следующий раз… – сказал врач, завершив операцию по установке пломбы. – Вторник вас устроит?