Вот тут они в нее так и вцепились – не Кремер, а Хомберт и Скиннер, особенно Скиннер, – но и Кремер тоже время от времени вставлял вопрос.
Скиннер понятно чего добивался и просто из кожи вон лез, чтобы сбить ее с толку.
Он даже спросил, где же ее мать хранила письмо от отца, если мисс Фокс в первый раз увидела его лишь у смертного одра.
При этом он вел допрос умно, неторопливо, оставаясь любезным, спрашивая об одном, а потом неожиданно забегая вперед и так же неожиданно возвращаясь к прежним вопросам.
Но Клара Фокс уже справилась с собой и держала себя в руках.
Я даже вспомнил, как днем раньше ей удалось сохранить самообладание в кабинете у Перри.
Скиннер вдруг перевел разговор на пропавшие деньги.
Она отвечала так же спокойно, но после вопроса этак десятого Вульф вдруг заерзал, открыл глаза и направил на окружного прокурора свой палец.
– Мистер Скиннер.
Прошу прощения.
Вы теряете время.
Пропавшие деньги действительно имеют отношение к делу, но позволю себе усомниться в том, что вы понимаете – почему.
Направление ваших мыслей абсурдно от начала и до конца, и это факт.
– Благодарю, – сухо проговорил Скиннер. – Если, исходя из ваших же слов, деньги имеют отношение к делу, то почему же оно абсурдно?
– Потому что вы ходите по кругу, – парировал Вульф. – Вы решили, что если вы окружной прокурор, то вы орудие правосудия и ваш долг загнать в угол каждого, кто попался вам на глаза.
Это не просто опасное заблуждение, в данном случае оно идет вразрез с вашими же интересами.
Спрашивается, почему к нам сегодня пришли столь высокие гости? – Вульф поднял свой палец. – Потому ли, что в
«Сиборд подактс» были украдены тридцать тысяч долларов, или потому, что погибли два человека?
Нет и нет.
Вы приехали потому, что лорд Клайверс оказался втянут в пренеприятную историю и это попало в газету, так что у вас большие неприятности.
Вы тридцать минут пытались загнать мисс Фокс в ловушку, откровенно намекая на то, что они вместе с мистером Уолшем, мистером Сковилом и мисс Линдквист вступили в заговор с целью шантажировать лорда Клайверса. Вы недвусмысленно дали это понять, спросив, иными словами, не сама ли она сочинила письмо, машинописную копию которого инспектор Кремер положил себе в карман.
Неужели вы в самом деле сами не понимаете, что вас заносит не туда?
– Спасибо, что разъяснили, – еще суше ответил Скиннер. – Я непременно…
– Разумеется, вы непременно.
Но… Черт побери, я не закончил!
Позвольте-ка мне слегка вас сориентировать.
Обозначить другую линию.
Британский посланник оказался застигнут на месте убийства, и это попало в газету.
Арестовать его вы не можете, даже если бы хотели, по причине его дипломатической неприкосновенности.
Почему в таком случае вы не хотите просто замять это дело, избежав неприятной шумихи и международного скандала?
Потому что боитесь. Если это он убил мистера Уолша, придется посылать запрос британскому правительству и, если понадобится, добиваться выдачи пэра, иначе газеты поднимут такой шум, что вам на месте не усидеть.
Вы сидите на ящике с динамитом, мистер Скиннер, – как и мистер Хомберт, – и прекрасно отдаете себе в этом отчет.
Могу себе представить, до какой степени вам не хочется даже думать о том, что, возможно, придется предъявить лорду Клайверсу обвинение.
С этим все понятно; но хуже всего, что вы понятия не имеете, он застрелил Уолша или не он.
Может быть, он сказал правду и действительно пришел на площадку, когда Уолш был уже мертв… Итак.
Поскольку попытка предъявить обвинение лорду Клайверсу не только вызовет международный скандал, но способна губительно сказаться лично на вас, то о чем вам следует думать в первую очередь?
Ответ напрашивается сам собой.
Вам следует быстро и тщательно проверить все возможные версии, именно исходя из его невиновности.
Выяснить, кто еще мог хотеть смерти Харлана Сковила и Майкла Уолша.
Есть шесть человек, кто может помочь вам в расследовании.
Один из них убийца, второй – старик, который живет на ферме в Небраске, остальные четверо перед вами.
Но что делаете вы, беседуя с мисс Фокс?
Вы, используя весь свой опыт перекрестных допросов, пытаетесь доказать, будто она собралась шантажировать лорда Клайверса, хотя сам он ни слова об этом не сказал, несмотря на то что возможность у него была, и не одна.
И вы снова завели речь о краже, хотя человек, потребовавший ее ареста, отозвал свое обвинение… Вот так-то. – Вульф обвел их всех взглядом. – И после этого вы, джентльмены, удивляетесь, почему я с вами недостаточно откровенен?
Почему не выкладываю все как есть?
Кремер буркнул что-то себе под нос, разглядывая свою сигару, которую уже минут пять назад достал из кармана.
Скиннер потер себя за ухом, поджал губы и промолчал, бросив косой взгляд на Клару Фокс.
А Хомберт так и подпрыгнул на месте, хлопнув по подлокотнику:
– Ха! Так вот вы к чему вели!
Не хотите ничего говорить, да?