Комиссар требует, чтобы я разобрался как можно скорее, иначе может разразиться грандиозный скандал.
Нам проблем и без того хватает.
Вот, например, сегодня вечером капитан Девор самовольно явился к маркизу, не предупредив начальство, будто не знает порядка.
– Да уж.
Пива хотите, мистер Кремер?
– Нет.
Маркиз смотрел на него во все глаза, как на какое-то членистоногое – а он и есть членистоногое, – и сказал, что, возможно, погибший был страховым агентом и его список – это список тех, кому он хотел прислать проспекты.
Потом ему позвонил комиссар, и Клайверс вспомнил, что неделю назад к нему приходила молодая женщина по имени Клара Фокс, которая рассказала нелепейшую историю и требовала какой-то долг, так что пришлось ее выставить.
Одним словом, связь есть.
Преступный сговор наверняка тоже есть, и поскольку они даже пошли на убийство этого Сковила, то дело, по-видимому, серьезное.
Ваше имя там тоже есть.
Знаю-знаю, что вы сказали Фольцу.
О’кей.
Меня интересуют эти трое, иначе я давно бы уехал спать.
Для начала позвольте задать вам прямой вопрос: что общего у Клары Фокс, Хильды Линдквист, Майкла Уолша и маркиза Клайверса?
Вульф медленно покачал головой:
– Так дело не пойдет, мистер Кремер.
– Еще как пойдет.
Вы ответите или нет? – Кремер зажал сигару зубами, и конец ее задрался вверх.
Вульф еще раз покачал головой:
– Разумеется, нет… Прошу прощения.
Попытаемся сформулировать вопрос иначе: есть ли у меня сведения, касающиеся этих четверых человек, которые могли бы помочь обнаружить убийцу Харлана Сковила или выявить преступные замыслы, угрожающие личной безопасности маркиза Клайверса либо ставящие целью сделать его мишенью для незаслуженных или незаконных домогательств?
Согласны с такой формулировкой?
Кремер нахмурился:
– Повторите.
Вульф повторил.
Кремер сказал:
– Ну так ответьте.
– Отвечаю: таких сведений у меня нет.
– Ну да, конечно… Ах вы пивная бочка.
Я спрашиваю, Вульф… Вульф поднял ладонь, и голос у него стал резким:
– Достаточно.
Я все сказал.
Я признаю ваше право прийти в мой дом и как житель этого города одобряю – по крайней мере, до определенной степени – ваше стремление защитить высокого гостя от любых недостойных посягательств на его жизнь и спокойствие.
А также ваше желание раскрыть убийство.
Но вам следует знать две вещи.
Во-первых, эти два ваших благородных намерения могут оказаться в противоречии друг с другом.
Во-вторых, насколько мне самому известно – по крайней мере, на сегодняшний день, – никакой другой информации по этому вопросу у меня нет.
Возможно, я смогу ответить на какой-либо другой вопрос, если он у вас найдется.
Попробуем?
Кремер жевал сигару.
– Знаете что, Вульф?
Вы когда-нибудь поскользнетесь и больно ударитесь.
– Это вы уже сказали мне в этой самой комнате восемь лет назад.
– Было бы странно, если бы не сказал. – Кремер бросил в пепельницу наполовину изжеванную сигару, достал новую и откинулся в кресле. – Да, у меня есть другой вопрос.
Что вы имели в виду, когда сказали о противоречиях двух намерений?
Намекаете, что это маркиз Клайверс пристрелил Сковила?
Это мысль.
– Я тоже так думаю.
Вполне возможно.